ВНИМАНИЕ

Материалы публикуемые в блоге это интернет обзор местных и зарубежных средств массовой информации.
Все статьи и видео представлены для ознакомления, анализа и обсуждения.
Мнение администрации блога и Ваше мнение, могут частично или полностью не совпадать с мнениями авторов публикаций.

вторник, 21 июня 2011 г.

А.Коток. Безпощадная иммунизация. Полиомиелит.


Ещё одним заболеванием из тройки «самых страшных, самых опасных» в родительском мнении болезней, помимо дифтерии и столбняка, является полиомиелит. Я не знаю, в какой мере мне удалось внушить читателям хоть какое-то спокойствие в отношении дифтерии, но с полиомиелитом это сделать будет легче, поскольку сама болезнь официально объявлена ликвидированной в цивилизованном мире (РФ сертифицирована, как страна, свободная от полиомиелита, в 2001 г.), а потому выбивать согласие на прививки вакцинаторам приходится не под страхом неминуемого заражения, а, всего лишь, обещанием возвращения заболевания, если все не будут строго и по графику прививаться, а также принимать участие в «зачищающих» турах полиовакцинаций.

Вряд ли кто-то из тех родителей, которые сегодня решают вопрос о прививках своим детям, хотя бы один раз видел «живьем» больного полиомиелитом, да и бабушки и дедушки, которые могут рассказать о виденном и пережитом, не могут быть уверенными, что те случаи, которые им преподносились как несомненный полиомиелит, таковыми действительно являлись.

Несмотря на то, что самой болезни — или того, что за нее выдавалось, — больше нет, искусно укорененный страх перед ней жив, и именно он является отличным инструментом для продвижения и реализации полиовакцин.

Болезнь

Возбудителем полиомиелита является вирус из рода энтеровирусов, имеющий три серотипа[1].
Заражение обычно происходит фекально-оральным путем, хотя возможны также воздушно-капельный и воздушно-пылевой пути передачи инфекции. Заболевание — типичный антропоноз, а человек является единственным резервуаром вируса.
Всем известной визитной карточкой полиомиелита являются параличи, связанные с тем, что вирус поражает нейроны передних рогов спинного мозга, что, однако, встречается очень и очень нечасто.
Хотя в разных источниках указываются разные цифры, ясно, что подавляющее большинство заразившихся полиомиелитом так никогда об этом и не узнают.
Вот, например, свидетельство российских авторов: «...на 100, а может и на 1000 носителей дикого вируса полиомиелита, которые могут распространять данную инфекцию, заболевает только один»[2].
Наиболее часто встречаются атипичные формы болезни (вообще без поражения нервной системы) и непаралитические (менингеальная и энцефалитическая, без поражения спинного мозга); истинные же паралитические «составляют не более 2-3% от всех случаев заболевания[3].
Таким образом, учитывая, что клинические проявления встречаются в 0,1-1% случаев полиомиелита, паралитической формой заболевают не более двух человек на тысячу инфицированных вирусом этой болезни. О предрасполагающих к этому факторах речь пойдет ниже.
Полиомиелит является преимущественно болезнью раннего детского возраста, хотя очень редко могут заболевать и взрослые. Пассивный иммунитет может передаваться от матери.
Болезнь, как правило, остается нераспознанной: «Достоверная диагностика наиболее распространенных атипичных... форм полиомиелита невозможна без лабораторного подтверждения этиологии заболевания. Эти формы полиомиелита диагностируются редко, как правило, только в эпидемических очагах при специальном вирусологическом и серологическом обследовании контактных[4].
А поскольку эти атипичные формы чаще всего протекают в виде обычных ОРВИ-ОРЗ или кишечных инфекций, то ясно, что врачам не придет в голову заказывать дорогие и далеко не везде доступные специальные серологические исследования. К тому же «лабораторная диагностика полиомиелита носит ретроспективный характер. Дня достоверного подтверждения диагноза полиомиелита необходимо выделение вируса из кала и выявление не менее чем 4-кратного нарастания титра антител к вирусу полиомиелита»[5].
Это может означать и то, что как бы ни тяжела была перенесенная болезнь, но если после нее не осталось явного паралича, требующего выяснения своей природы, то вряд ли врачи станут искать приключений на свою голову и хлопотать о выделении вируса из кала и проверок титра антител к вирусу.
Ведь очень многие страны уже объявлены «свободными от полиомиелита», и один неосторожно сделанный анализ, непредсказуемый по своим результатам, может поставить под сомнение усилия всего мирового сообщества по искоренению полиомиелита. О судьбе такого врача останется только догадываться.
Первые клинические предположения о диагнозе полиомиелита могут возникнуть лишь тогда, когда появляется резкая гиперестезия кожи (ребенок не выносит даже одежды) и, так называемые, спинальные симптомы, обусловленные слабостью мышц ног (например, характерный «симптом треножника» — ребенок сидит, раскинув ноги и опираясь на руки).
«При типичной паралитической форме болезни различают инкубационный период — от 2 до 21 дня, чаще 7-14 дней; предпаралитический период — от 2 до 5 дней, восстановительный период и период остаточных явлений[6]. Наиболее тяжелыми являются бульварная (с поражением продолговатого мозга) и бульбоспинальная (с поражением спинного и продолговатого мозга) формы. До появления в XX в. аппаратов искусственной вентиляции легких бульбарные формы, сопровождающиеся нарушением функций дыхательного центра, приводили к смерти.
Вероятно, полиомиелит был знаком человечеству уже с древних времен, но до самого конца ХЖ в. проблема, связанная с этим заболеванием, остро не стояла. Вряд ли можно счесть серьезным предположение российских авторов о том, что «в течение многих столетий полиомиелит был заметной болезнью, описывался, изучался, но не привлекал преимущественного внимания в годы, когда эпидемии оспы, чумы, холеры распространялись порой на огромных территориях и уносили десятки и сотни тысяч жизней»[7].
Потому он и не привлекал «преимущественного внимания», что был малозаметен и уж, во всяком случае, никогда в те времена не принимал масштабов не только эпидемий, но даже сколько-нибудь заметных вспышек. Те же авторы указывают, что первое описание полиомиелита в России относится к 1830м годам; оно было дано в лекциях профессора Московского университета И. Дядьковского (1784-1841), а первые описания «небольших вспышек» стали наблюдаться лишь с 1905 г.[8]
В Северной Европе и США полиомиелит приобрел черты эпидемического заболевания лишь в самом конце XIX в.[9] Объяснения столь позднему появлению полиомиелита как эпидемического заболевания имеются.
Прежде всего резко возросло число провоцирующих болезнь факторов. В главе о дифтерии я писал о наблюдениях английских врачей, указавших на частое развитие паралитического полиомиелита после прививок. О таких наблюдениях сообщалось практически с самого начала XX в. — острый вялый паралич (ОВД) после прививок против оспы был вполне привычным явлением, но эти сведения не предавали гласности из-за опасения подвергнуть опасности прививочные кампании (и соответственно доходы всех, кто так или иначе был связан с оспопрививанием)[10].
Так, в Германии полиомиелит развивался у детей из приютов, страдавших от врожденного сифилиса, после сделанных уколов неосальварсана, сальварсана и пр.[11]
Поскольку именно конец ХГХ в. был «триумфом бактериологии», то понятно, что число всяких как «проверенных», так и экспериментальных вводимых детям вакцин и сывороток, в дополнение к уже имевшимся тогда прививкам против оспы, резко возросло. Механизм провоцирующего эффекта мышечной травмы неизвестен и по сей день, но предполагается, что травма запускает «заброс» вируса в центральную нервную систему через аксоны нервных клеток в мышцах[12].
Вполне показателен пример Индии, где прививочные программы — особенно прививка DFT (АКДС) — стали причиной огромного числа случаев так называемого спровоцированного полиомиелита и смертей от него в эндемичных по полиомиелиту районах[13].
Вообще же, по имеющимся оценкам, не менее 60-70% случаев паралитического полиомиелита в деревнях Индии было вызвано инъекциями, в которых не было никакой необходимости. Как правило, речь шла о жаропонижающих лекарствах[14].
Кампания по лечению кожной болезни, известной как фрам-безия, повторными инъекциями неоасфенамина привела к вспышке полиомиелита среди получивших уколы на Самоа[15].
Во время вспышки полиомиелита в Омане 42,9% заболевших полиомиелитом детей за 30 и менее дней до болезни получили прививку DPT (АКДС), в то время как в контрольной группе здоровых прививки получили 28,3%[16].
Интересно, что прививки могут быть провоцирующим фактором не только для «дикого» полиомиелита, но и для вакциноассоциированного паралитического полиомиелита (ВАПП), о котором речь будет идти далее. Неоспоримую связь паралитического полиомиелита с предшествовавшими прививке инъекциями (обычно антибиотиков) установили румынские исследователи; при этом чем больше было получено уколов, тем выше был риск заболевания полиомиелитом[17].
Думаю, что сыграли свою роль прививки и в увеличении заболеваемости полиомиелитом в СССР. Этот вопрос требует специального исследования, и хотелось бы надеяться, что оно рано или поздно будет сделано. Пока что поделюсь с читателем некоторыми своими мыслями.
Имеющиеся в литературе таблица[18] и график[19] заболеваемости полиомиелитом в СССР, к сожалению, показывают статистику лишь с 1940 г., а в отрыве от предыдущих лет она может считаться показательной лишь весьма условно.
Тем не менее, несомненно, что с 1945-1946 гг. заболеваемость полиомиелитом начала резко повышаться, а наиболее явно — с 1947 г.; в то же время «в годы Великой Отечественной войны заболевания полиомиелитом на территории СССР отмечено не было»[20].
Объяснить это можно тем, что в годы войны на оккупированных территориях прививки, разумеется, не делались вообще, да и иных уколов детям делалось намного меньше, а на неоккупированной тоже было не до них.
С возвращением мирной жизни вернулись и ее неизменные спутники — прививки. Дополнительная ревакцинация от оспы в возрасте 4-5 лет, которая была введена в 1939 г. постановлением Совета Народных Комиссаров[21], вероятно, начала активно претворяться в жизнь сразу же после войны.
В 1947 г. была введена ревакцинация против дифтерии детей четырех и восьми лет[22]. В1958 г., который был пиком заболеваемости полиомиелитом (22054 заболевших[23]), было введено прививание от коклюша детей в возрасте до пяти лет[24].
Не забудем и прививку БЦЖ, ревакцинация которой была введена в СССР в 1953 г. (окончательно и бесповоротно обязательной БЦЖ стала в 1961-1962 гг.). Кроме того, в 1954-1956 гг. на детсадовцах проводились эксперименты с живой паротитной вакциной[25].
Такое количество прививок, обрушившееся на советских детей, вполне могло стать провоцирующим фактором для OBП, в том числе и полиомиелитной природы.
Помимо инъекций, в США фактором, провоцирующим полиомиелит, стало вошедшее в моду удаление миндалин (тонзиллэктомия), а также, борьба с аденоидами исключительно при помощи скальпеля — врачи имели очень неплохой заработок от очистки несовершенных детских организмов от всего «ненужного» и «вредного».
В своей книге д-р Виера Шайбнер приводит пример трех вспышек полиомиелита в США в 1952-954 гг., когда у более, чем половины заболевших полиомиелитом пациентов с бульварными симптомами в анамнезе обнаружилось удаление миндалин[26].
У ряда авторов я видел оценки, согласно которым удаление «лишних» миндалин увеличивало шанс заболевания полиомиелитом на 400-600%!
Уже упоминавшийся мной ранее английский хирург Беддоу Бейли ссылается в своей книге на проф. Гейлорда Андерсона из Службы общественного здравоохранения Миннесоты, согласно которому: лица, заболевшие бульбарной формой полиомиелита, чаще имели в анамнезе удаление миндалин и аденоидов, при этом вне всякой связи с возрастом, когда эта операция была сделана (так, во время вспышки полиомиелита в Южной Австралии среди 39 заболевших 35 перенесли ранее тонзиллэктомию); среди заболевших полиомиелитом вероятность появления буль-барных симптомов была в 4 раза выше у тех, кто перенес тонзиллэкто-мию, чем у тех, у кого миндалины остались на месте; удаление миндалин было важной причиной заболевания полиомиелитом в «неполиомиелитных» возрастных группах[27].
Как это ни парадоксально, но свою роль в увеличении заболеваемости полиомиелитом могло сыграть улучшившееся санитарно-гигиеническое состояние мест проживания людей. Ранее вирус полиомиелита обнаруживался повсюду в сточных водах, выгребных ямах и пр.
Мухи переносили его на пищевые продукты, и все люди, начиная с младенческого возраста, были в постоянном контакте с ним, приобретая, таким образом, естественный иммунитет (как известно, в период до 12 месяцев жизни случаи паралитической формы болезни исключительно редки, так как действует полученный от матери иммунитет).
Появление канализации, очистка сточных вод и уничтожение мух привели к тому, что младенцы лишились своей обычной «порции грязи», а первый контакт с вирусом полиомиелита случался в более позднем возрасте, когда результат такой встречи становился намного серьезнее[28].
Выше перечислены признанные факторы, способствовавшие росту заболеваемости полиомиелитом. Среди заслуживающих пристального внимания гипотез можно отметить ту, что указывает на связь заболеваемости полиомиелитом с использованием инсектицидов и пестицидов, в первую очередь ДЦТ (дихлордифенилтрихлорэтан или хлорофеноэтан).
С глубокой древности было известно, что отравление некоторыми ядами (которые сегодня мы называем нейротоксическими) способно приводить к появлению ОВП.
Согласно рассматриваемой гипотезе, первые вспышки ОВП, которые позднее расценили как паралитический полиомиелит, были документированы после начала использования пестицидов (например, полихлорированных бифенилов, бензилгексахлорида) и в районах их максимального применения.
Первая крупная эпидемия полиомиелита была зарегистрирована в США в Нью-Йорке в 1916 г., а в 1915 г. именно в Нью-Йорке началось массовое производство хлорированного бензола. По причине постоянного контакта с ядовитыми химическими веществами, утверждает гипотеза, от ОВП часто страдали солдаты в годы первой и второй мировых войн.
В 1949 г. было показано, что ДДТ способен вызывать параличи, неотличимые от таковых при полиомиелите[29].
Сенатские слушания по проблеме токсичности ДДТ в 1951 г. и исследование, обнаружившее, что ДДТ присутствует в коровьем молоке, а вскармливаемые им телята погибают от дыхательного паралича (в том же году данные этого исследования были подтверждены в Швеции), вызвали резкое снижение использования ДДТ в США. Соответственно этому снизилась и заболеваемость ОВП. К моменту начала использования вакцины Солка в 1955 г. заболеваемость ОВП снизилась почти в два раза, а к началу ее массового применения в 1957 г. — более чем в 10 раз.
С 1954 г. и до его запрета Управлением по охране окружающей среды в 1972 г. ДДТ лишь импортировался США, но не применялся внутри страны. Однако как только в 1983 г. ДДТ был вновь разрешен к использованию в США в качестве составляющей пестицидов, сразу начали поступать сообщения о случаях «постполиомиелитного синдрома» — к ранее перенесшим полиомиелит людям вновь вернулись симптомы этой болезни[30].
На еще один фактор, вероятно способствующий заболеванию полиомиелитом, указал д-р Бенджамин Сэндлер, который выпустил в 1951 г. книгу «Диета предотвращает полиомиелит»[31].
В ней он, в частности, сообщил, что ему была дана возможность выступить по радио и в газетах и предупредить родителей Эшвиля (Северная Каролина), чтобы те не давали детям продуктов, содержащих сахар — разнообразных напитков, мороженого, леденцов и т.п., и уменьшили употребление их детьми фруктов и фруктовых соков.
Вместо этого Сэндлер рекомендовал насыщенную белком диету (свинина, говядина, мясо птицы, яйца, молоко, сметана, сыр) и овощи, содержащие минимум крахмала.
Сэндлер считал, что вспышка полиомиелита в летний период связана именно с тем, что дети потребляют огромное количество легкоусвояемых углеводов, содержащихся в традиционных детских сладостях и бакалейных изделиях, что в совокупности с высокой летней физической нагрузкой (плавание, бег, катание на велосипеде и пр.) создает предпосылки для заболевания полиомиелитом, вследствие резкой гипогликемии (снижения уровня глюкозы в крови).
В пользу теории Сэндлера говорило и то, что полиомиелит являлся болезнью стран с высоким потреблением сахара на душу населения, в то время, как в странах с низким потреблением сахара он был почти неизвестен. Экспериментально Сэнддер доказал это в исследованиях на обезьянах и кроликах в 1931 г.
Кролики, как известно, невосприимчивы к полиомиелиту, но, снижая уровень сахара в их крови, Сэндлеру удавалось заражать их полиомиелитом. Агитация Сэндлера была успешной.
Многие родители последовали его рекомендации, и заболеваемость полиомиелитом в Северной Каролине снизилась с 2402 случаев в 1948 г. до 214 в 1949 г., т.е. в 11 раз!
В это же самое время в 39 штатах заболеваемость полиомиелитом возросла, а в тех штатах, где она снизилась, максимальный показатель был зафиксирован в Южной Каролине — примерно в 3 раза.
Здесь же стоит упомянуть, что в одном старом исследовании было показано значение генетического фактора в предрасположенности к полиомиелиту. В эксперименте сыворотка III (В) группы крови обладала значительно более высокой способностью нейтрализации полиовирусов, нежели сыворотка I (0) и II (А) групп[32].
Многие авторы наблюдали связь полиомиелита с различными формами эндокринной недостаточности у детей.
Лечение при полиомиелите симптоматическое; при дыхательных нарушениях больных переводят на искусственную вентиляцию легких.
Гомеопатии, лечившей острые вялые параличи практически с момента своего возникновения, было что сказать как в лечении, так и в профилактике полиомиелита. Испытывались многие средства, но особую популярность приобрел препарат Lathyrus sativus, приготовляемый из семян чины посевной, растения из семейства бобовых[33].
Это растение, которое известно способностью вызывать у питающихся его семенами нейролатиризм (заболевание, своим симптомокомплексом очень напоминающее паралитический полиомиелит), вошло в гомеопатическую практику в последней четверти XIX в. Гомеопаты быстро поняли его ценность. Так, согласно д-ру Артуру Хиллу Триммеру (1874 -1967) из Чикаго (Иллинойс), Lathyrus sativus имеет «то же сродство к тем же самым центрам спинного и головного мозга, какое имеет вирус полиомиелита, и [это лекарство] является лучшим противоядием и для профилактики, и для лечения [полиомиелита]»[34].
Вот несколько цитат относительно гомеопатического лечения и профилактики полиомиелита.
«Врачи-гомеопаты довольны, что они имеют действительно безопасный и лучший профилактический препарат, каким является правильно назначенный Lathyrus sativus. Профилактика не несет в себе абсолютно никакой опасности и, вероятно, обеспечивает пожизненный иммунитет, в то время как вакцина Солка — лишь на два года». Д-р Дуайт Смит (1885-1980) из Глендэйла, Калифорния.
«В сотнях семей я всегда использовал для профилактики Lathyrus 1M, в том числе и во время наихудших эпидемий, и я не видел ни одного случая полиомиелита, который бы развился до опасного состояния. У меня было 100% выздоровления пациентов, а многие случаи имели абортивное течение». Д-р Вилбер К. Бонд (Гринсфорк, Индиана)[35].
В своей книге д-р Дороти Шеферд цитирует сообщение д-ра Тейлора Смита из Йоханнесбурга, который прислал в Лондон отчет об эпидемии полиомиелита. Д-р Смит указывал, что в самом начале заболевания полезными лекарствами могут оказаться Belladonna, Gelsemium, Physostigma и Lathyrus. Читатели помнят, что именно Gelsemium часто оказывался спасительным лекарством при инфлюэнце. И действительно, в начальных стадиях грипп и полиомиелит чаще всего неразличимы, а потому, как отмечает в своих комментариях д-р Шеферд, правильно выбранное лекарство (например, Gelsemium или Eupatorium) может оборвать развитие болезни в самом ее начале. Полезным может оказаться Gelsemium и позднее; особенно он показан при легкой дрожи в пораженных мышцах[36].
Для профилактики д-р Смит дал Lathyrus sativus 30 группе из 82 человек в возрасте от 6 месяцев до 20 лет (42 белым детям, 21 ребенку из семей негров и мулатов и 19 белым взрослым). Доза была повторена через 16 дней. Хотя все жили рядом с районом, в котором была зарегистрирована эпидемия, а 20 человек, со слов д-ра Смита, имели прямой контакт с инфекцией, ни один человек из числа получивших профилактическое лечение не заболел.
Это лекарство д-р Смит испытал и при лечении группы из 34 заболевших детей (18 белых и 16 из семей негров и мулатов). Каждый получил три дозы препарата с перерывом в полчаса. Девять человек к тому моменту, когда прибыл д-р Смит, были серьезно больны и пятеро из них были отправлены в больницу, а четверо изолированы в своих домах (вероятно, это помешало получить информацию об их дальнейшей судьбе).
Самый тяжелый случай был с девочкой двух с половиной лет, у которой д-р Смит обнаружил ригидность затылочных мышц и крайнюю чувствительность к малейшему прикосновению. Получив свои дозы Lathyrus sativus, девочка заснула, а проснулась на следующее утро, 12 часов спустя, без малейших признаков болезни[37].
Для долговременной невосприимчивости к полиомиелиту австралийский гомеопат д-р Айзек Голден в своей «Программе защиты с рождения» рекомендует давать одну дозу Lathyrus sativus 200 в 3 месяца, а затем в 5,16,26 и 56месяцев-тройнуюдозу (разведения 30, 200 и 1М через каждые 8 часов)[38].
Другая рекомендация: одна доза Lathyrus 200 ежемесячно в течение 3 месяцев до начала теплого сезона, после его завершения — одна бустерная доза 1М, а в самом конце года — одна доза ЮМ. Эта доза может быть повторена год спустя, хотя, со слов авторов публикации, необходимости в этом нет[39].
Существует также нозод полиомиелита Poliomyelitis nosode — «биотерапевтическое средство из динамизированной спинномозговой жидкости, полученной в результате пункции у больного полиомиелитом»[40].
Д-р Фредерик Кленнер, страстный пропагандист использования витамина С для лечения самых различных болезней, пишет в своей статье, что неоднократно имел успех, назначая большие дозы своего излюбленного препарата. Он приводит случай, когда ему довелось лечить двух братьев, заболевших полиомиелитом. Дети получали внутривенно шприцом на 50 мл 10 и 12 граммов аскорбиновой кислоты соответственно своему весу, 4 раза с перерывом в 8 часов и 4 раза с перерывом в 12 часов. Кроме того, они принимали 1 грамм витамина каждые 2 часа. Выздоровление было полным и, со слов д-ра Кленнера, оба позднее стали в школе и колледже чемпионами по легкой атлетике. Их соседка примерно того же возраста не получала лечения аскорбиновой кислотой, и осталась инвалидом[41].
Есть немало публикаций, показывающих, что американские остеопаты имели отличные результаты в реабилитации пострадавших от полиомиелита. В одной из недавних статей, опубликованной во вполне ортодоксальном медицинском издании, отмечается, что вообще методы самовосстановления, разработанные пострадавшими, оказались намного эффективнее, чем беспомощное лечение, предлагавшееся официальной медициной, а растерянность ее представителей во время эпидемий полиомиелита убеждала пациентов, что им не на кого рассчитывать, кроме как на себя самих. Автор отмечает, что многие из разработанных перенесшими полиомиелит пациентами методов могли бы оказать огромную услугу, будь они сейчас внедрены в практику для реабилитации больных со сходными поражениями нервной системы[42].

Полиовакцины

Известно, что первое испытание вакцины против полиомиелита относится к 1934 или 1935 г. В то время имелись две экспериментальные вакцины -Колмера (инактивация вируса производилась 1%-м рицинолеатом натрия) и Броди и Парка (0,1%-м формалином). Вакцины готовились из спинного мозга обезьян, искусственно зараженных вирусом полиомиелита.
В своей книге проф. Вильсон пишет: «Большое количество людей, в основном дети до 15 лет, получили три дозы этой вакцины подкожно. Сообщения были получены о 10725 реципиентах. У10 из них развился полиомиелит после первой или второй дозы»[43].
Броди и Парк изменили технику инактивации, и, казалось, теперь надежность вакцины гарантирована. Однако эксперимент закончился трагедией. При новом испытании вакцину получили свыше 9 тыс. человек; известно, среди них было много детей и медсестер. В итоге 12 детей заболели полиомиелитом в течение 6-14 дней после первой или второй прививки, причем пятеро скончались, а трое остались с тяжелыми параличами. После этого все испытывавшиеся тогда вакцины против полиомиелита были запрещены. Сообщив об этом происшествии в «Журнале Американской медицинской ассоциации», директор Службы общественного здравоохранения США Дж. Лик, контролировавший эти эксперименты, добавил, что «многие врачи сочтут нежелательным дальнейшее использование полиовирусов для прививок людям в настоящее время»[44].
С ним был вполне согласен и «Британский медицинский журнал», заявивший, что «это несчастье на значительное время отсрочит будущие усилия такого рода То, что они вообще были предприняты, можно объяснить лишь энтузиазмом заокеанской публики по отношению к методам специфической профилактики», и «надо будет обладать недюжинной смелостью, чтобы снова взяться за эту проблему в клиническом ее аспекте»[45].

Вакцина Джонаса Солка

В последнем своем предположении, впрочем, «Британский медицинский журнал» ошибался. От д-ра Джонаса Солка (1914-1995) не потребовалось никакой особой смелости. Его вакцина, также ставшая причиной огромного количества несчастий, принесла ее автору лишь почести и лавры.
Однако, до него была предпринята еще одна попытка профилактики полиомиелита, на этот раз, с помощью гамма-глобулина.
Д-р Беддоу Бейли описал в своей книге «История вакцины Солка», как гамма-глобулин, который в экспериментах на обезьянах в 1949 г. показал якобы великолепный защитный эффект, оказался совершенно бесполезным при попытке использовать его для защиты людей в США и Канаде в начале 1950-х годов[46].
В новой вакцине Солка для инактивации вирусов также использовался формалин, однако теперь вирусы выращивались на почках макак-резус, а сама вакцина содержала все три выделенных Солком типа вируса. Обезьян тысячами ловили в индийском штате Уттар-Прадеш и на самолетах отправляли в США и Канаду, где под анестезией хирурги удаляли им почки (после этого обезьяны умерщвлялись эфиром)[47].
Культуры почечных клеток заражались отдельными типами вирусами полиомиелита; после инактивации формалином готовилась вакцина, которую сначала испытывали на животных. Полевые испытания вакцины начались в 1954 г. Деньги на исследования собирались добровольцами Национального фонда детского паралича в рамках кампании «Марш десятицентовиков» (March of Dimes).
Привито было около 2 млн. детей в 44 штатах, однако оценка эффективности, согласно утверждению журнала «Лайф», была сделана на основании данных, полученных всего из 11 штатов. Там были привиты 200745 детей, а 201229 получили уколы плацебо — окрашенной неизвестным красителем воды. Среди привитых подтвержденный лабораторно полиомиелит развился у 10, а среди получивших уколы плацебо — у 68. На этом основании был сделан вывод, что эффективность вакцины может быть выше 80%. Почему была исключена статистика 33 штатов и что это был за таинственный краситель, после уколов которым заболевших детей оказалось почти в 7 раз больше, чем после прививки, так и осталось покрытым тайной[48].
12 апреля 1955 г., выступая с двухчасовым докладом перед пятьюстами врачами Службы общественного здравоохранения в университете Энн Эрбор (Мичиган), д-р Томас Френсис-младший, директор Центра поли-омиелитных вакцин этого же университета, заявил, что вакцина показала свою безопасность и эффективность[49].
Специалисты почти сразу же выразили большие сомнения в том, что полученные данные заслуживают доверия. Прежде всего в отчете Френсиса отсутствовало сравнение равноценных возрастных групп. Привитые учились во втором классе, дети из контрольной группы были старше или младше. Говоря о защищенности вакциной, Френсис под вакцинированными понимал лишь тех, кто получил две дозы вакцины. Это означало, что, если ребенок заболевал полиомиелитом после первой прививки, он считался... непривитым и соответственно учитывался статистикой экспериментаторов как заболевший полиомиелитом непривитый.
Позднее выяснилось, что таким образом были исключены из статистики 90 человек. В докладе отмечалась эффективность, варьирующая от 81 до 94% при бульбоспинальной форме болезни и от 39 до 60% при спинальной паралитической форме, а что касается непаралитической формы болезни, самой распространенной, то и со всеми статистическими трюками никакой разницы между группой привитых и контрольной группой обнаружено не было. Учитывая, что больной даже самой мягкой формой полиомиелита может стать разносчиком инфекции, оснований для хвастливых заявлений Солка в раздававшихся им направо и налево интервью, о том, что его вакцина скоро покончит с полиомиелитом, было немного.
Однако раздутая до небес истерика из-за полиомиелита и огромные ожидания публики заглушили немногочисленные возражения специалистов. Всего через несколько часов после выступления д-ра Френсиса-мл. были выданы правительственные лицензии на производство вакцины, и пять компаний — «Парк Дэвис» (Детройт), «Каттер» (Беркли, Калифорния), «Виет» (Филадельфия), «ЭлиЛилли» и «Питман Мор» (обе — Индианаполис) приступили к делу. Словно танки, прямо с конвейера отправляющиеся на фронт, вакцины прямо из цехов отправлялась для срочного спасения детей от полиомиелита. Всего за несколько недель было привито свыше 5 млн. человек.
Гром грянул 26 апреля, когда появилось первое сообщение о шести детях, заболевших полиомиелитом после прививок. Все они были привиты вакциной фирмы «Каттер». Вакцина была немедленно отозвана, но было уже поздно. Заболевания продолжали регистрироваться, и несколько случаев пришлись и на долю компании «Виет». 12 мая прививки против полиомиелита были временно прекращены. Дальнейшее разбирательство установило, что всего с вакцинами было связано 260 случаев полиомиелита: 94 — у привитых (59 — в паралитической форме), 126 случаев в семьях привитых (101 — в паралитической форме) и 40 случаев пришлись на контакты в окружении (32 — в паралитической форме).
В ряде случаев переносчиками инфекции становились родители, ухаживавшие за своими заболевшими детьми — заразившись от них и не заболевая сами, они заражали других. Умерло 10 человек (5 привитых и 5 контактировавших с привитыми), некоторые остались с тяжелыми параличами. Вина была возложена на две серии из восьми, произведенных «Каттер». Из-за ошибок в процессе инактивации вируса вирус оставался «недоубитым», и прививаемые получали прививки настоящими, заботливо выращенными вирусами полиомиелита всех трех типов[50].
Из 60 исков, поданных против «Каттер», 54 на общую сумму свыше 3 млн. долларов были удовлетворены. Обращало на себя внимание непропорционально большое число заболевших среди контактировавших, что было нехарактерно для «природного» полиомиелита.
Журналист Джеймс Сполдинг написал в «Милуоки Джорнэл» 15 мая 1955 г.: «Национальный институт детского паралича и Служба общественного здравоохранения США использовали в истории с полиовакциной политику скрытности и обмана. В результате этого американские врачи были лишены возможности познакомиться с крайне важной информацией о проблемах, связанных с тестированием и производством вакцины Солка... Если бы врачи получили доступ к такой информации, то их мнение могло бы заставить эти организации предпринять меры, способные предотвратить случаи заражения детей полиомиелитом через вакцины. Поэтому умолчания и ложь начались еще до полевых испытаний вакцины...
Американской медицинской ассоциации не было сказано о том, что совещательный комитет Службы общественного здравоохранения СШАпочти целиком состоит из людей, получающихденьги от Национального Фонда детского паралича, и именно они подгоняли введение в практику вакцины Солка даже после того, как было показано, что она опасна... Когда в мае представители организаций здравоохранения собрались в Атланте, они рассчитывали услышать о проблемах, связанных с вакциной Солка. Вместо этого выступивший ученый из Службы общественного здравоохранения заявил, что ему не разрешено говорить о том, что произошло, так как это может подвергнуть опасности инвестиции фармацевтических компаний в разработку вакцин»[51].
Здоровье детей, в трогательной заботе о которых традиционно разворачиваются шумные кампании по производству и сбыту вакцин, на поверку оказывается куда менее важным, чем инвестиции фармацевтических компаний! В июне главный хирург США д-р Шил заявил перед собравшимися специалистами, что «вакцина Солка сложна для производства и безопасность ни одной ее партии не была доказана перед тем, как ею стали прививать детей»[52].
После двухнедельного перерыва прививки были возобновлены — публике объяснили, что речь шла о досадной случайности. Результаты, впрочем, вновь оказались удручающими. К осени 1955 г. полный провал «спасительной» прививочной кампании стал очевиден.
На волне солковских прививок заболеваемость полиомиелитом во многих штатах не только не снизилась, но, наоборот, увеличилась. Массачусетс к 30 августа 1955 г. имел 2027 заболевших против 273 за тот же период 1954 г.
В некоторых других штатах соотношение к августу-сентябрю 1955 г. выглядело следующим образом: Вермонт — 55-15, Висконсин - 1655-326, Коннектикут — 276-144, Мэн — 74-43, Мэриленд - 189-134, Нью-Гемпшир - 129-38, Нью-Йорк - 764- 469, Род-Айленд — 122-22.
В некоторых штатах прививки были прекращены уже летом. Д-р Питерсон, директор Службы общественного здравоохранения Айдахо, прекратил своим приказом прививки 1 июля 1955 г., заявив, что он возлагает всю ответственность за вспышку полиомиелита, убившую семерых и отправившую в госпиталь 79, на вакцину Солка и ее производителей.
К сентябрю в штате было зарегистрировано 190 случаев заболевания, в то время как за тот же период в 1954 г. их было 132. В Юте прививки были запрещены 12 июля.
Даже в тех штатах, где было зарегистрировано снижение заболеваемости, оно было столь незначительным, что его можно было отнести за счет чего угодно: Нью-Джерси — 295-298, Нью-Орлеан — 22-25, Чикаго — 235-281, Южная Каролина — 210-224[53].
Читатель, вероятно, удивится, узнав, что при таких несомненных «успехах» вакцины Солка заболеваемость полиомиелитом в США тем не менее, согласно статистическим отчетам, снизилась. Однако здесь все просто. Еще до того, как вакцина Солка появилась на прививочном рынке США, ее успех был обеспечен простым изменением диагностических критериев. До 1954 г. было достаточно симптомов паралича, дважды обнаруженных при исследовании больного и продолжающихся в течение 24 часов, чтобы пациент получил диагноз полиомиелита. Не требовалось никаких лабораторных анализов или проверки, что же произойдет с пациентом позднее. Однако когда во время полевых испытаний вакцины Солка выяснилось, что полиомиелит может возникнуть спустя долгое время после сделанной прививки, то решено было изменить критерии диагноза. Теперь требовалось, чтобы паралич возникал через 10-20 дней после начала болезни и должен был оставаться еще как минимум 40-50 дней. Таким образом, полиомиелитом стало фактически новое заболевание: паралитический полиомиелит с продолжительным параличом. А поскольку обычно паралитический период длится не дольше нескольких дней, то при таких диагностических критериях ясно, что даже дистиллированная вода могла бы стать великолепной эффективной вакциной. Кроме того, было сделано еще одно важное изменение: начиная с 1955 г. диагноз полиомиелита следовало подтверждать лабораторными анализами. После того как было принято такое решение, выяснилось, что огромное количество случаев, считавшихся ранее несомненным полиомиелитом, были инфекциями, вызванными вирусами из группы Коксаки или ECHO[54], вызывающими неотличимый от полиомиелитно-го симптомокомплекс, но теперь именующийся асептическим менингитом. Например, «в Шотландии, при обследовании материалов, собранных в 1959 г., когда наблюдалось 96 случаев асептического менингита и только 10 паралитических случаев, не выделено ни одного штамма вируса поли-овируса»[55].
Понятно, что будь дело четырьмя-пятью годами ранее, и все 96 пострадавших были бы объявлены больными полиомиелитом, а пресса и радио кричали бы, что отсутствие прививки против этой болезни — преступление против человечества.
Итак, тщательные исследования острых вялых параличей (ОВП), которые до появления требования обязательной лабораторной диагностики считались несомненным указанием на полиомиелит, обнаруживают, что полиомиелит отнюдь не является ведущей причиной. Например, при изучении 19 заболевших ОВП в Доминиканской республике в период с июля по ноябрь 2000 г. выяснилось, что полиомиелитом были больны лишь шестеро[56].
Интересно здесь то, что в течение четырех лет, предшествовавших 2000 г., ОВП регистрировались в Доминиканской республике постоянно, с частотой от 4 до 24 случаев в год. ВОЗ проверяла все эти случаи... и ни разу не обнаружила полиомиелит. Две крупные вспышки ОВП последовали за Национальными днями иммунизации против полиомиелита в Бахрейне в 1995-1996 гг.
Во время первой из них пострадали 286 детей, во время второй - 169 (почти все были в возрасте до 12 лет). И снова: будь это в начале 1950-х годов, и все заболевшие получили бы несомненный диагноз полиомиелита. Однако ВОЗ установила, что всему виной почти в половине случаев (44% исследованных образцов во время первой вспышки и 45,5% во время второй) ЕСНО-вирусы, а в остальных случаях причину установить не удалось. Таким образом, пострадавших от полиомиелита не было вообще[57].
По данным, опубликованным на сайте Федерального центра Госсанэпиднадзора РФ, в последние годы в РФ регистрируется ежегодно от 350 до 500 случаев ОВП у детей. Вряд ли могут быть сомнения, что значительная часть из них вызывается разнообразными прививками, в первую очередь оральной полиовакциной (ОПВ) и АКДС. Отмечу здесь же, что картина ОВП может вызываться не только энтеровирусами (т.е. полиовирусами, Коксаки-вирусами и ЕСНО-вирусами), но, вероятно, и вирусами, относящимися к совершенно другим группам. Так, описан случай, когда типичная картина полиомиелита была зарегистрирована у инфицированного вирусом Эпштейна- Барра, вызывающим инфекционный мононуклеоз[58].
Понятно, что возникает вполне логичный вопрос: а были ли эпидемии полиомиелита, вызвавшие общественную панику и подтолкнувшие на рынок полиовакцины, действительно эпидемиями полиомиелита или же речь шла о каких-то иных заболеваниях? Ведь диагноз ставился практически исключительно по картине ОВП! Введение новых диагностических критериев сделало невозможным объективное сравнение заболеваемости до и после начала прививок.
Однако трагедия полиовакцин оказалась намного страшнее нескольких сот случаев смертей и параличей...

История вируса SV-40 и СПИДа

В 1959 г. Бернайс Эдди, исследователь из американского Национального института здоровья, обратила внимание на то, что культуры клеток обезьяньих почек, на которых выращивались полиовирусы, гибли сами по себе, без какого-либо вмешательства извне и без какой-либо видимой причины. Тогда она приготовила экстракт почечной ткани, взятой у десяти обезьян, и подкожно ввела его 23 новорожденным хомякам. В течение 9 месяцев у 20 из них развились огромные подкожные злокачественные опухоли, от которых все они позднее погибли. Этот ДНК-содержащий вирус оказался более устойчив, чем вирус полиомиелита, а потому инактивация вируса полиомиелита ему не вредила. Как и аденовирусы (также ДНК-вирусы), этот вирус мог вызывать развитие опухолей у биологических видов, не являющихся его естественными хозяевами.
В июле 1960 г. д-р Эдди представила свои находки Джозефу Смейделю, возглавлявшему биологическое отделение института, присовокупив, что, вероятно, причиной развития опухолей стал неизвестный вирус обезьян. Не желая ни во что толком вникать, тот сразу же заявил, что речь идет о безобидных подкожных «шишках» и предупредил д-ра Эдди, чтобы та не лезла не в свое дело. Однако в том же самом году в лабораториях «Мерка» в Пенсильвании доктора Морис Хиллеман и Бен Свит выделили этот вирус. Поскольку это был 40-й вирус, найденный в почках макак-резус, то его назвали SV (simian virus)-40. В то время как новые и новые миллионы американцев получали вакцину Солка, в СССР и в восточноевропейских странах испытывалась вакцина Сэбина, которая, как позднее выяснилось, также была заражена SV-40.
В начале 1961 г. состоялось тайное совещание чиновников здравоохранения и производителей полиовакцин, на котором производители объявили, что SV-40 для человека безопасен. Однако в марте того же года Служба здравоохранения США приказала производителям позаботиться о том, чтобы вирус отсутствовал во всех будущих вакцинах. При этом никто из чиновников не потребовал отозвать с рынка зараженные серии вакцин и никто не сообщил публике о том, что обнаруженный вирус вызывает раковые опухоли у лабораторных животных.
Тайное, как известно, всегда становится явным, и ждать пришлось не слишком долго. Уже 21 июля 1961 г. «Нью-Йорк Тайме» сообщила, что «Мерк» и другие производители прекратили выпуск полиовакцин и заняты поиском способов удалить из них какой-то обезьяний вирус. В ответ на запрос Служба здравоохранения заявила, что не располагает доказательствами того, что этот вирус может представлять опасность. В 1962 г. начались эпидемиологические исследования.
Молодой выпускник Гарварда д-р Джозеф Фромени, поступивший на работу в Национальный институт рака, исследовал вместе с двумя своими коллегами сохранившиеся образцы вакцин Солка выпуска мая и июня 1955 г., первых месяцев общенациональной прививательной кампании. Вакцины условно были разделены на три группы — с высоким, средним и низким содержанием SV-40, после чего исследователи сравнили смертность от рака шести-восьмилетних детей, ранее получивших прививки от полиомиелита.
Согласно полученным данным, опубликованным в «Журнале Американской медицинской ассоциации», разницы в смертности между штатами, получившими вакцины с высоким, средним или низким содержанием SV-40, а также со штатами, получившими вакцины без вируса SV-40, обнаружено не было.
В течение долгого времени американская медицинская администрация выставляла эти данные в пользу свидетельства того, что SV-40 безопасен для человека[59].
В 1976 г. Фромени вернулся к теме SV-40. Он исследовал группу подростков (в подавляющем большинстве выходцев из малообеспеченных негритянских семей), которые в начале 1960-х годов были объектом прививочных экспериментов в одном из госпиталей Кливленда. Тогда врачи-экспериментаторы занимались определением безопасности различных доз вакцин, и новорождённые получили дозу вакцины, в 100 (!) раз превышающую дозу для взрослых. В основном их прививали живой поливакциной Сэбина, которая, как было установлено, также была контаминирована SV-40.
В течение 1976-1979 гг. Фромени и его помощники разослали анкеты подросткам и, получив ответы, пришли к выводу, что никаких проблем со здоровьем SV-40 не создает. При этом они, впрочем, признали, что ответило недостаточное количество человек (менее половины), что для развития опухолей может потребоваться больше 17-19 лет и что риск ущерба для здоровья вследствие заражения оральной вакциной ниже, чем он может быть при заражении вакциной инъекционной. Тем не менее данные исследования были опубликованы, и федеральное правительство сочло, что на изучении вируса можно ставить крест. Но все оказалось далеко не так просто и безоблачно, как это казалось на уровне эпидемиологических исследований. Настоящие открытия и настоящий шок от них были еще впереди. В1988 г. два бостонских ученых, д-р Роберт Гарсия и его ассистент д-р Джон Бергзагель, исследовали опухоли человеческого мозга, используя разработанную незадолго до того технологию полимеразной цепной реакции (ПЦР), и обнаружили в более чем половине новообразований (опухолей сосудистого сплетения и эпителиальных опухолей желудочков мозга у детей) непонятную ДНК которая, при ближайшем рассмотрении оказалась ДНК вируса SV-40[60].
Собственно, они не были первыми, кто обнаружил этот вирус в человеческих опухолях. В 1979 г. коллектив американских исследователей написал статью, озаглавленную «Влияние полиовакцины, зараженной SV-40, на частоту и тип опухолей центральной нервной системы у детей: популяционное исследование». Было обнаружено значительное увеличение частоты опухолей мозга у детей, чьим матерям делались прививки вакцинами, зараженными SV-40.
Ученые писали: «В конце 1950-х и начале 1960-х годов произошло увеличение частоты опухолей центральной нервной системы, обнаруженных у детей, как это было зарегистрировано в Онкологическом регистре штата Коннектикут. С1955 по 1961 г. в Коннектикуте использовалась полиовакцина, которая, как это позднее выяснилось, была заражена SV-40. На животных моделях SV-40 вызывала опухоли центральной нервной системы... Особенно значительным было увеличение количества глиом (астроцитома, спонгиобластома и мультиформная глиобластома) у детей, родившихся в 1956-1962 гг.
Среди пациентов с медуллобластомой 10 из 15 были заражены SV-40. Этот уровень был значительно выше, чем в контрольной группе (детей без опухолей мозга)... SV-40 способен избирательно вызывать злокачественные опухоли. В заключение мы демонстрируем ясную связь между инфицированием SV40 и развитием медуллобластомы и... частотой глиом»[61].
Однако до появления метода ПЦР методы идентификации были достаточно примитивны и не могли служить надежным доказательством наличия вируса. Метод ПЦР был неизмеримо более достоверным и точным, и не считаться с исследованиями, сделанными с его помощью, было уже нельзя. Особенно настораживал тот факт, что хотя дети не могли получить контаминированные полиовакцины, вирус присутствовал в их опухолях! Это могло означать только одно: вирус оказался способным распространяться и вертикально — от матери к ребенку.
Следующий шаг в исследовании вируса SV-40 был сделан д-ром Мишелем Карбоуном, который, обнаружив, что инъекция вещества, содержащего этот вирус, вызывает у хомяков не только развитие злокачественных опухолей в месте укола, но и редкого вида рака средостения — мезо-телиомы, решил проверить хранящиеся в Национальном институте здоровья образцы этой опухоли. До 1950-х годов эта опухоль встречалась исключительно редко, но затем частота ее появления начала резко возрастать, что относили на счет предшествовавшего контакта с асбестом. Правда, примерно у 20% заболевших работы с асбестом в анамнезе отсутствовали, но этому факту большого значения не придавали. Карбоун исследовал 48 образцов и в 28 из них нашел SV-40[62].
Он же обнаружил SV-40 в иных злокачественных опухолях человека, а именно в остеосаркомах[63].
Вслед за этими появились и другие публикации, указывавшие на наличие SV-40 в злокачественных опухолях.
Проблема заключалась еще и в том, что все образцы всех вакцин периода 1955 -1963 гг. были властями вполне предусмотрительно уничтожены, а потому оставалось непонятным, сколько же именно серий вакцины и каким количеством вируса были инфицированы.
Помощь пришла неожиданно. Незадолго до своей смерти в 1997 г. д-р Герберт Ратнер, бывший директор Службы общественного здравоохранения в Оук Парке (Иллинойс), профессор кафедры профилактической медицины и общественного здравоохранения медицинского факультета университета в Чикаго и редактор «Бюллетеня Американской ассоциации врачей Службы общественного здравоохранения», связался с Мишелем Карбоуном и передал ему семь запечатанных пробирок с полиовакциной, которые хранились у него замороженными с 1955 г. Он хранил эти пробирки в течение 42 лет, ожидая, кому он сможет довериться и отдать их. Такого человека он нашел в лице д-ра Карбоуна и не ошибся. Эта была последняя услуга, которую честный ученый оказал людям в борьбе против прививочного истеблишмента[64].
Чудесным образом попавшие к Карбоуну семь пробирок позволили тому сделать новое и очень важное открытие. То, что все попавшие к нему вакцины были, как и ожидалось, заражены SV40, удивить уже не могло[65].
Однако Карбоун обнаружил другую разновидность SV-40, которую он назвал «первичной». Хотя производители, как им и было приказано, переключились в 1961 г. с макак-резус на зеленых африканских мартышек, у которых не было вируса SV40, они продолжили использование потенциально зараженных штаммов, выращенных на тканях почек макак-резус, для инициации процесса производства вакцины. Производители проверяли, не проскользнул ли вирус SV-40 в сериях тестов продолжительностью в две недели. Но когда Карбоун повторил эти тесты, он обнаружил, что для обнаружения второго, медленно растущего «первичного» штамма SV40 требуется 19 дней. В опубликованном отчете о результатах исследования вакцин, полученных от Ратнера, Карбоун отметил, что есть вероятность того, что «первичный» SV-40 годами ускользал от скрининг-тестов производителей и продолжал инфицировать прививаемых и много лет спустя после 1962 г.
Все больше ученых обнаруживали вирус SV-40 в различных злокачественных новообразованиях, и в апреле 2001 г. в Чикагском университете собралась конференция по SV-40, на которой присутствовали свыше 60 ученых из различных стран. Практически все выступившие подтвердили, что вирус SV40 обнаруживается в человеческих опухолях. Интересно, что на конференции прозвучало предложение... создать вакцину против SV-40. Я думаю, читатели вспомнят о похожем предложении создать вакцину против опоясывающего герпеса, заболеваемость которым начала расти по мере распространения прививок против ветряной оспы.
Сначала из-за прививок люди заражаются новыми болезнями, потом против этих болезней придумывают вакцину, которая, в свою очередь, также станет причиной каких-нибудь недугов, и для их предотвращения также потребуется прививка. Неужели так и будет крутиться бесконечное колесо «прививки-болезни-прививки» на радость производителям и распространителям вакцин?
В конце июня 2004 г. на конференции в Роквилле (Мэриленд) неугомонный Карбоун сообщил о своей новой находке. Изучив сохранившиеся в США образцы советской живой полиовакцины конца 1960-х годов, он обнаружил SV-40 и там. Тогда Карбоун проанализировал метод уничтожения SV-40 хлоридом магния, применявшийся в СССР, и пришел к выводу, что тот был эффективен лишь на 95%. Таким образом, советские вакцины, которые рассылались по всем соцстранам, а также в Японию (по некоторым сведениям, их приобрели около 100 государств), были также контаминиро-ваны обезьяньим вирусом. Д-р Константин Чумаков, сын акад. М. П. Чумакова (1909-1993), «отца советской полиовакцины» (см. ниже), ныне работающий при Управлении контроля пищевых продуктов и лекарств (FDA), отправился в Москву, чтобы разобраться с вопросом относительно заражения вакцин SV-40. Увы... Читатели уже могут догадаться, что никаких образцов вакцин тех лет не сохранилось. Как, впрочем, и документации...[66]
Сегодня уже не стоит вопрос о том, находится SV-40 в человеческих опухолях или нет. Вопрос лишь в том, какую именно роль играет этот вирус в развитии опухолей. Молекулярные исследования помогли установить, что ДНК этого вируса способна встраиваться в ДНК отдельных клеток хозяина. Однако если в обычных клетках неконтролируемое размножение вируса приводит к их гибели, то в клетках нервной и мезотелиальной тканей вирус способен подавлять функцию гена, блокирующего рост опухолей, и таким образом вирусу удается выжить. Вероятно, асбест играет роль так называемого соонкогена, подавляя иммунный ответ, направленный на уничтожение стремительно образующихся нервных клеток[67].
Другая обсуждаемая сегодня гипотеза имеет отношение к появлению синдрома приобретенного иммунодефицита (СПИД). Впервые предположение о том, что неизвестно откуда взявшийся и продолжающий распространяться по земному шару вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) связан с зараженными полиовакцинами, прозвучало в начале 1990-х годов. Ученые все более сходились во мнении, что одна из разновидностей вируса (ВИЧ-1) имеет своим предшественником обладающий очень сходными свойствами вирус, характерный для шимпанзе. Вопрос главным образом был в том, когда и каким образом он смог перескочить межвидовой барьер[68].
Предлагалось несколько теорий, в том числе довольно экзотических (использование крови шимпанзе для усиления полового возбуждения, опыты на людях, когда им вводилась кровь шимпанзе с целью выяснить, гибнут ли в крови человека малярийные плазмодии, имеющиеся у приматов и пр.); наибольшую популярность приобрела теория случайного заражения, согласно которой вирус шимпанзе попал к одному из охотников на шимпанзе после обычного пореза. В1991 г. сотрудник Калифорнийского университета в Сан-Франциско Блейн Элсвуд высказал свою гипотезу, которая связывала появление СПИДа и кампанию конца 1950-х годов по массовому использованию живых полиовакцин, вирусы для которых выращивались на культурах почек шимпанзе. В деталях эта версия была изложена в статье Томаса Куртиса «О происхождении СПИДа»[69].
В1994 г. эта идея была развита Элсвудом и Стрикером в журнале «Медицинские гипотезы». Авторы привели доказательства того, что распространение СПИДа, начавшееся из Экваториальной Африки, и массовые кампании по прививанию местного населения в 1957-1959 гг. контаминированной (по меньшей мере уже известным нам вирусом SV-40) вакциной могут быть связаны между собой[70].
Три года спустя в том же журнале два других ученых, Рейнхардт и Роберте, продолжили тему[71].
Следующий по важности шаг был сделан не ученым, а журналистом, бывшим сотрудником Би-би-си Эдвардом Гупером, опубликовавшем в 1999 г. свою быстро ставшую бестселлером книгу в тысячу страниц под названием «Река: путешествие к истокам ВИЧ и СПИДа»[72].
Своей книгой и более поздними исследованиями Гупер пытался внести ясность в этот вопрос и подтвердить теорию, оказавшуюся очень и очень не по душе властям. Гупер считает, что начало СПИДу дала так называемая СНАТ-вакцина, которой в 1957-1960 гг. было привито свыше одного миллиона африканцев. Прививки делались на территории Бельгийского Конго и на территории Руанды-Урунди, находившейся под контролем Бельгии (сейчас Демократическая Республика Конго, Руанда и Бурунди).
Для приготовления вакцин использовались культуры почечных клеток макак-резус, гвинейских бабуинов и зеленых мартышек. Не поверив заявлениям тех, кто принимал участие в тех далеких событиях, и проделав огромную исследовательскую работу (для чего он несколько раз посещал с экспедициями Центральную Африку), Гупер установил, что для производства некоторых СНАТ-вакцин в группе исследователя Хилари Копровски использовались также и шимпанзе; до закрытия экспериментальной станции в 1960 г. (из-за начавшегося восстания бельгийцам пришлось покинуть Африку) на нее было переправлено около 600 шимпанзе.
Сэбин со своими вакцинами экспериментировал на русских (см. ниже), а Копровски — на африканцах; каждый стремился опередить противника, каждый спешил стать спасителем мира от полиомиелита. Книга Гупера наделала столько шума и обещала иметь такие последствия, что в сентябре 2000 г. Королевское общество собрало в Лондоне свою конференцию, на которой выступили сам Хилари Копровски и известный американский вакцинатор Стэнли Плоткин, некогда бывший ассистентом Копровски.
В своих докладах они заявили, что были проведены исследования сохранившихся образцов СНАТ-вакцин и никаких вирусов там обнаружено не было; на основании этого, по их мнению, гипотеза вполне опровергнута. Однако ни Гупер, ни его многочисленные сторонники ничуть не успокоились. «Река» Гупера переиздаётся постоянно, каждый раз со все новыми фактами, свидетельствующими в пользу гипотезы о вакцинном происхождении ВИЧ-1.
Кроме того, в процессе сбора свидетельских показаний вскрылись весьма неприглядные факты давления на свидетелей, попыток подкупа или шантажа, давления на научную прессу с тем, чтобы не публиковались исследования, которые могут навсегда подорвать доверие публики к вакцинам и стать поводом для исков в миллиарды долларов, так что, до конца разбирательства по связи СПИДа и полиовакцин, ещё очень и очень далеко.

Вакцина Сэбина (Оральная Полиовакцина — ОПВ)

Не только неприемлемо большое количество осложнений и вполне очевидная неэффективность вакцины Солка заставили искать новую вакцину ей на смену или в дополнение к ней. Вакцинаторы заявили, что вакцина Солка не была в состоянии решить проблему полиомиелита даже на теоретическом уровне. В самом лучшем случае она могла защитить от заболевания полиомиелитом привитого, но привитые, точно также как и непривитые, инфицировались «дикими» вирусами полиомиелита, которые размножались у них в кишечнике и продолжали путешествовать среди людей. Циркуляция вируса не прекращалась, а значит, продолжала сохраняться и опасность вспышек заболевания. Требовалось создать такую вакцину, которая бы сделала получивших ее невосприимчивыми к штаммам «дикого» вируса полиомиелита.
Систематические эксперименты по созданию живой вакцины начались в 1946 г. в лабораториях компании «Ледерле» в Пирл-Ривер (Нью-Йорк), в которых принимал участие и упоминавшийся выше д-р Хилари Копровски. В начале 1950-х годов он показал принципиальную возможность создания живой полиовакцины. Вирусы выращивались на куриных эмбрионах, а затем пассировались через мозг крыс. Однако из-за ряда неудобств, связанных с этим методом, Копровски и его сотрудники перешли по примеру Солка к работе с почками обезьян. В 1957 г. Копровски стал директором института Вистар в Филадельфии, и в том же году начались испытания его полиовакцины в Бельгийском Конго, о чем было сказано выше. В том же году другой американец, Альберт Брюс Сэбин (1906-1993), занимавшийся полиовакцинами с начала 1930-х годов, начал свои опыты в СССР. Сэбин подчеркивал особую пользу оральной полиовакцины (ОПВ): «ОПВ отличается от других живых аттенуированных вакцин тем, что, попав естественным путем (через рот), вакцинные штаммы интенсивно размножаются и передаются непривитым членам семьи и всему обществу»[73].
Похоже, что ни в одной стране мира никто из власть предержащих не задался вопросом об этичности и дозволенности такого мероприятия. Превращая здорового человека не только в больного, но и в носителя и распространителя потенциально опасной инфекции, вакцинаторы и не думают о соблюдении элементарных человеческих прав, для них важен «охват» всего населения (включая и тех, кто отказался от прививок) прививочными вирусами ради достижения вожделенного «коллективного иммунитета»[74].
А ведь вполне реальный прививочный полиомиелит опасен не только самим привитым, но и тем, с кем они контактируют, о чем речь пойдет ниже.
Вероятно, после истории с вакциной Солка в 1955 г. американцы не желали превращать своих детей в объект эксперимента с новой вакциной. Однако в СССР, где с 1955 г. наблюдался резкий рост заболеваемости полиомиелитом (о возможных причинах этого я говорил ранее), предложение испытать новую вакцину, для которой Сэбин передал штаммы в московский Институт полиомиелита, не вызвало возражений.
Хотя, по уверению российских прививочных иконографов, «под руководством его (Института полиомиелита. - А.К.) основателя и многолетнего руководителя академика М.П. Чумакова были проведены многоплановые исследования, обосновавшие высокую эффективность и безопасность вакцины из аттенуированных штаммов Сэбина вируса полиомиелита»[75], испытания вакцины, начавшиеся в СССР в 1957 г., привели к трагедии.
В Ленинграде 27 детей, получивших ОПВ, скончались, а трое получили поражение нервной системы. Несмотря на все усилия автора и его добровольных помощников, узнать детали этой трагедии так и не удалось[76], как и то, была ли она единственной или же «высокая безопасность» ОПВ оборвала жизни и других детей.
В 1959 г. в СССР начались уже массовые прививки ОПВ, а с начала 1960-х массовые прививки живой полиовакцины начались и в США.

Безопасность ОПВ

Главная проблема живой полиовакцины оказалась связанной с высокой мутагенной способностью полиовирусов. В одном исследовании были изучены образцы 2-го и 3-го типов вакцинного вируса, полученные от заболевших вакциноассоциированным паралитическим полиомиелитом, и не было найдено ни одного полностью идентичного. Все они различались в последовательности нуклеотидов как минимум на одном участке, и число различий у многих превышало 100. Полученные образцы из нервной ткани пострадавших от прививки ОПВ были очень близки по своей структуре к исходным вакцинным вирусам, что позволило исследователям сделать такой вывод: требуется совсем немного генетических изменений, чтобы «безопасный» вирус вакцины восстановил свою исходную ней-ровирулентность (т.е. способность поражать нервную ткань)[77].
Другими словами, вакцинный штамм полиовируса, призванный защищать от полиомиелита, сам, претерпев незначительные мутации, вызывал параличи, которые так и назвали — вакциноассоциированным паралитическим полиомиелитом (ВАПП или ВАЛ). При этом заболевают не только сами привитые, но и те, с кем они контактируют (большинство заболевающих ВАПП сегодня не сами привитые, а контактировавшие с ними дети).
Ленинградские дети не были единственными в мартирологе ОПВ. В период с И по 20 мая 1960 г. 280 тыс. человек в Западном Берлине получили единичную дозу оральной полиовакцины «Ледерле-Кокс». Среди них было 54 тыс. детей дошкольного возраста, 193 тыс. школьников и 33 тыс. взрослых. До конца года было сообщено о 48 случаях полиомиелита, из них 25 произошли в течение 4 недель после прививки; несколько случаев закончились смертью. В периоде 1961 по 1964 г. в США было использовано свыше 100 млн. доз живой вакцины Сэбина, не считая еще большего количества вакцины Солка. В1962 г. сообщили о вспышке полиомиелита в Калифорнии, Небраске и Северной Каролине среди привитых в неэндемичных по полиомиелиту районах. Из 87 случаев, представленных для изучения специальному совещательному комитету, созданному Службой общественного здравоохранения, собиравшемуся в Центре инфекционных болезней в Атланте, 57 были признаны имеющими отношение к прививкам. Критериев было несколько, но главный из них — начало болезни спустя 4-30 дней после прививки[78].
Таким образом, с самого начала 1960-х годов и в Западной Европе, и в США были описаны случаи паралитического полиомиелита после прививок ОПВ. Продолжали они регистрироваться и далее. Например, в период с апреля 1982 по июнь 1983 г. в Индиане четыре ребенка в возрасте от 3 до 24 месяцев пострадали от ОПВ. Симптомы у всех появились в течение 30 дней после того, как дети получили дозу ОПВ (у трех это была первая доза, у одного — четвертая) и прививку АКДС.
У троих развился паралич той ноги, в которую делалась прививка АКДС, а у одного развилась смертельная мозговая атрофия. У двоих детей иммунная функция была совершенно нормальна (у них был выделен 3-й тип вируса вакцинного штамма), а у двоих имелись гипогаммаглобулинемия и сочетанный иммунодефицит (были выделены 1-й и 2-й типы соответственно). Как отметили авторы, в том году частота осложнений на ОПВ была 0,058 на 100 тыс. привитых — намного выше, чем предполагавшаяся 0,001[79].
Ответ на вопрос о том, знали ли что-либо об этих «предположениях» родители, позволившие делать детям эти прививки, напрашивается сам собой.
Опасность ВАПП признается во всей прививочной литературе. Оценки его разнятся. Так, риск ВАПП в Латинской Америке был расценен как 1 на 1,5-2,2 млн. доз (1981 -1991), в Англии и Уэльсе - 1 на 1,4 млн. доз (1985-1991), в США - 1 на 2,5 (1980-1989)[80].
Российские авторы указывают, что «при введении первой дозы ОПВ риск развития ВАЛ составляет 1 случай на 700 тыс. доз, при повторной дозе... 1 случай на 6,9 млн. доз»[81].
Согласно данным Федерального центра Госсанэпиднадзора РФ, публикуемым на его сайте, ежегодно 10-12 российских детей становятся жертвами ВАПП. Кроме того, эта статистика не включает в себя пострадавших от ВАПП, если они старше 14-и лет, так что реальное количество пострадавших может быть заметно выше. Можно предположить, что в некоторых странах предпринимаются усилия, чтобы скрыть ВАПП за другими диагнозами, а в других отмечается рост ОВП, который трудно связать с чем-либо иным, кроме массовых прививочных кампаний. Например, в начале 1970-х годов мир впервые услышал о «китайском паралитическом синдроме», подозрительно похожем на полиомиелит. Хотя некоторые китайские исследователи считают, что речь несомненно идет о мутировавшем вакцинном штамме, больные неизменно получают диагноз этого «паралитического синдрома» или в крайнем случае синдрома Гийена — Барре (которого в 1970-х годах в Китае почему-то стало в десять раз больше)[82].
В Финляндии было отмечено резкое увеличение количества случаев синдрома Гийена — Барре, который, как признали авторы исследования, может провоцироваться полиовакциной[83].
В Бразилии было зарегистрировано увеличение случаев синдрома Гийена — Барре, поперечного миелита и паралича лицевого нерва[84].
Среди осложнений ОПВ описаны конвульсии. На 165 тыс. детей, трижды получивших с 1964 по 1974 г. прививку живой полиовакциной в Гамбурге, у 19 (1 случай на 8600 привитых) были конвульсии, у троих (1 случай на 55 тыс. привитых) они стали началом эпилепсии[85].
Описан острый диссемини-рованный энцефаломиелит (у пострадавшей шестилетней девочки был выделен мутировавший 2-й тип вакцинного вируса из спинномозговой жидкости и в мазке из горла)[86].
Израильские авторы описали двух пострадавших, которые заразились полиомиелитом от свежепривитых. Были отмечены тетрапарез, преходящий энцефалит и бульбарные симптомы[87].
Не уменьшающееся количество случаев ВАПП, связанных с применением вакцины Сэбина, заставило США отказаться от использования ОПВ как универсального средства профилактики. В 1996 г. Совещательный комитет по иммунизационной практике предложил первые три прививки делать убитой вакциной Солка и лишь третью и четвертую — вакциной Сэбина.
Это мероприятие действительно немного сократило число регистрировавшихся случаев ВАПП, однако о ликвидации их полностью речь может зайти лишь с отменой живой полиовакцины. Кроме того, до тех пор, пока применяется живая вакцина, возможно заражение вакцинным штаммом тех, кто контактировал с привитым[88].
Проблема изменений прививочного календаря в пользу большего использования вакцины Солка связана с весьма ощутимыми финансовыми затратами. По самым скромным прикидкам, одна доза вакцины Солка стоит как минимум в три раза дороже дозы вакцины Сэбина. Развивающиеся страны — особенно те, в которых уже не отмечаются случаи полиомиелита, — не хотят больше платить и за ОПВ, не то что в несколько раз увеличивать свои расходы на полиовакцины, заменяя ОПВ на ИПВ. Возможно, отчасти и поэтому в России живая вакцина остается пока что единственной, входящей в календарь профилактических прививок. График ее применения совпадает с графиком применения АКДС (или ДЦСМ) — в 3,4,5 и 18 месяцев, а также в 6 лет. Зная из истории полиомиелита, что прививка АКДС является несомненным провоцирующим фактором для различных параличей, такое соседство в прививочном графике не может не вызвать удивления. Не так уже редко можно услышать от родителей, что после прививок АКДС и ОПВ ранее ходившие дети перестают ходить, жалуются на боли в ногах; появляются онемение, тугоподвижность и другие симптомы, свидетельствующие о поражении нервной системы. Разумеется, под диагноз ВАПП такие дети не подпадают, но факта несомненного вреда, наносимого комбинацией ОПВ+АКДС, это не отменяет.
Особое беспокойство должен вызывать тот факт, что привитый живой полиовакциной в течение долгого времени продолжает выделять прививочные вирусы, которые размножаются в его кишечнике. Указываемый практически во всех прививочных руководствах срок в 2 месяца, после чего образующиеся антитела должны-де подавить этот процесс, — типичная «средняя температура по больнице» и может не иметь никакого отношения к действительности. Специалисты знают, что у страдающих заболеваниями иммунной системы (а многим ли детям в наше время удается избежать аллергий, дерматитов и астмы?) экскреция прививочных вирусов может продолжаться даже годами.
По сообщению Фила Майнера, главы вирусологического отделения британского Национального института контроля и биологических стандартов, им известно об одном (и при этом в остальном здоровом!) человеке из Бирмингема, у которого выделение вирусов продолжается уже много лет. Выделяемые вирусы не только продолжают циркулировать - что так нравилось Сэбину и его последователям, — но, как было указано выше, и мутировать.
В 2000 г. на Испаньоле, острове в Карибском море, была зарегистрирована вспышка ОВП. Сначала предполагалось, что причиной этому было отравление пестицидами, но йотом выяснилось, что это была вспышка самого настоящего полиомиелита и вызвал ее мутировавший прививочный полиовирус. Двое детей скончались, девятнадцать были парализованы.
В 2001 г. такая же вспышка случилась на Филиппинах. Ученые считают, что мутация такого рода ответственна и за вспышку полиомиелита в Египте в 1988 г. Таким образом, на смену циркуляции штаммов вируса «дикого» полиомиелита пришла циркуляция прививочных штаммов, охотно мутирующих и превращающихся в ничуть не менее опасные, и никто пока не может сказать, каковы будут отсроченные последствия такой замены одних вирусов на другие.

Эффективность ОПВ

Вакцина Сэбина, как и другие вакцины, считается высокоэффективной на основании наблюдающейся после ее введении сероконверсии (увеличения количества антител)[89].
Циркуляция «диких» штаммов на фоне массового применения ОПВ резко снизилась, а во многих местах, по утверждению эпидемиологов, не регистрируется вообще. Однако некоторые исследования, особенно касающиеся развивающихся стран, вызывают определенные сомнения в том, что касается разрекламированной эффективности живой полиовакцины.
Вообще опыт использования вакцин в странах третьего мира, похоже, не слишком благоприятен для вывода в пользу эффективности прививок в целом, не говоря уже об их безопасности. Легко и приятно сообщать об успехах вакцинации в развитых странах, где заболеваемость, вероятнее всего, снижалась бы теми же самыми темпами (а может, и еще быстрее) безо всяких прививок.
Когда же дело доходит до развивающихся стран, в которых веками ничего не меняется в жизненном укладе людей, а уровень санитарии и гигиены во второй половине XX в. остается таким же, каким он был и сто, и двести лет назад, то выясняется, что одних прививок мало — надо еще, чтобы и дети нормально питались, и чтобы вода была свежей, и чтобы существовала канализация и пр. В главе о кори я уже говорил о, мягко выражаясь, весьма скромных успехах коревой вакцины на Африканском континенте, а из главы о туберкулезе читатели узнают о том позоре, которым закончилось испытание вакцины БЦЖ в Индии.
Обращаясь к Индии, можно упомянуть еще несколько фактов относительно того, какое влияние полиовакцины оказали на заболеваемость полиомиелитом в этой стране. ОПВ была введена в массовое использование в Индии в 1979 г. в рамках Национальной иммунизационной программы. Посмотрим на статистику. Заболеваемость полиомиелитом в том году равнялась 20 тыс. Через два года массовых прививок она повысилась до 38 тыс. В1986 г. (7 лет прививок позади) она, наконец, достигла допрививоч-ного уровня — 20 тыс. пострадавших, но ненадолго. Уже в следующем, 1987 г. (а прививки все продолжались...) заболевших стало 28 тыс. И лишь в 1989 г., через 10 лет после начала прививочной компании, число заболевших впервые стало меньше числа 1979 г. В 1991 г., при «охвате» тремя дозами ОПВ около 80% индийских младенцев, было зарегистрировано 5669 случаев[90].
Автор статьи, анализирующей эти данные, пишет, что если бы эффективность ОПВ равнялась всего 10%, как утверждают некоторые критики, то из расчета примерной частоты 7 случаев на 100 тыс. населения в Индии в 1991 г., с населением в 840 млн., должно было быть зафиксировано 60 тыс. случаев. Свои собственные подсчеты приводят автора к выводу об эффективности вакцины в 70 — 93%, при этом он считает, что высокая заболеваемость полиомиелитом, несмотря на прививочный «охват», сохранялась благодаря все же недостаточному количеству прививаемых младенцев. Думаю, что это рассуждение вряд ли может быть признано безупречным.
Чтобы проецировать на 1991 г., или позднее, расчеты, верные для 1979 г., автор должен был сначала доказать, что:
1) не произошло никаких изменений в санитарно-гигиеническом состоянии эндемичных по полиомиелиту районах Индии,
2) уровень информированности населения о полиомиелите и о возможности его избежать остался тем же,
3) остались все те же факторы риска (например, традиционно провоцирующие в Индии полиомиелит инъекции жаропонижающих лекарств маленьким детям) и, возможно, иные специфические для Индии факторы риска, о которых неизвестно.
Авторы другого исследования изучали заболеваемость полиомиелитом в столице Индии Нью-Дели. Если заболеваемость в 1976 г. составляла 14,7 на 100 тыс. населения, то в 1988 г. она была равна 15,25. Заболеваемость полностью привитых возросла с 1,3% в 1979 г. до 13,9% в 1988 г. Авторы заключают свою статью: «Несмотря на десятилетие использования оральной полиовакцины, существенного изменения заболеваемости не произошло»[91].
Другой индийский авторский коллектив заявил, что массовые кампании по вакцинации детей ОПВ хотя и снизили заболеваемость паралитическим полиомиелитом в целом, но так и не изменили ее возрастного распределения (как и в допрививочную эру, около 90% случаев приходилось на детей в возрасте до 5 лет), и что никакие кардинальные изменения в возрастном распределении невозможны до тех пор, пока не произойдет изменений в санитарно-гигиенической обстановке[92].
Половина (17 из 34) заболевших паралитическим полиомиелитом во время вспышки последнего в Иордании в 1991-1992 гг. ранее получили три и более доз ОПВ[93].
Высокий прививочный «охват» не защитил детей в Омане ни от заболевания, ни от передачи вируса другим в 1988-1989 гг[94].
Открытым остается вопрос и о длительности иммунитета. В который уже раз мне приходится говорить о том, что все утверждения о «пожизненном» или хотя бы «на десятки лет» прививочном иммунитете имеют основание только при условии периодического контакта с возбудителем, обеспечивающим необходимые для выработки антител иммунные «толчки». Когда же возбудителя становится меньше или он вообще исчезает из окружающей среды, то никто не может сказать, какова же продолжительность иммунитета. Хорошей иллюстрацией этого факта применительно к полиомиелиту может рассматриваться исследование, проведенное в Сиднее.
Последний случай «местного» полиомиелита был зарегистрирован в Новом Южном Уэльсе в 1970 г. и считалось, что дети, «охваченные» программой иммунизации против полиомиелита, располагают высоким уровнем зашиты. Выяснилось, однако, что от всех трех типов вируса полиомиелита «защищены» лишь 42% обследованных детей, от двух — 30%, от одного - 16%. Оставшиеся 12% не имели иммунитета ни к одному типу вируса. При этом 48% детей получили в прошлом четыре и более доз ОПВ. Однако и после того как все дети немедленно получили дополнительную дозу вакцины Сэбина, серологические анализы обнаружили антитела в «защитном» титре ко всем трем видам вируса лишь у 77%[95].
Можно с уверенностью предположить, что среди ныне числящихся в защищенных (лишь на том основании, что они когда-то получили прививки) детей и подростков немалая часть не имеет иммунитета ни к одному из серотипов «дикого» поли-овируса, а подавляющее большинство детей — к определенным серотипам. И если циркуляция полиовируса возобновится, то вряд ли можно сомневаться, что он найдет для себя восприимчивый контингент. Сегодня уже обсуждается вопрос о том, что необходимо увеличить количество прививок ОПВ, чтобы гарантировать населению лучший иммунитет. Однако понятно, что увеличение количества прививок увеличит и количество постпрививочных осложнений — в том числе и таких, как ВАПП.
Другой важный вопрос: действительно ли привитые, как убеждают родителей, если и заболевают, то переносят заболевание намного легче непривитых? Например, вот что сообщают нам российские авторы: «Типичные тяжелые паралитические формы полиомиелита в настоящее время встречаются только у непривитых или неправильно привитых детей. Привитые дети также могут заразиться полиомиелитом, но у них инфекция протекает в виде легких парезов, заканчивающихся, как правило, полным выздоровлением»[96].
Об уникальности всепрощающей формулировки «неправильно привитый» я уже писал в главе о дифтерии. Ответ на вопрос о сравнительной тяжести заболевания вряд ли может быть получен в развитых странах (как в силу фактического отсутствия самой болезни, так и в силу отсутствия репрезентативных групп для сравнения). Получить его скорее можно там же, в Индии.
Сравнение было сделано среди 614 маленьких пациентов, поступивших в Институт здоровья ребенка в Мадрасе. Из них 162 (26,4%) были привиты, 183 (29,8%) были частично привиты и 269 (43,8%) не были привиты. Авторы отмечают, что «непривитости» детей намного чаще сопутствовали скверные санитарно-гигиенические условия проживания, низкое качество воды и родительская неграмотность, нежели «приви-тости». Согласно выводу авторов исследования, никакой разницы в симптомах, клинических вариантах течения болезни, тяжести паралича и смертности привитых, частично привитых и непривитых обнаружено не было[97].
И другое исследование, также проведенное в Индии, показало не слишком оптимистичные результаты. Был изучен 191 ребенок; 143 (74,9%) были непривиты, а 48 (25,1%) были привиты частично. У155 (81,2%) была диагностирована спинальная форма полиомиелита, у 23 (12,01%) — бульбоспинальная и у 13 (6,8%) — бульбарная. Частота тяжелых форм (бульбоспинальных и бульбарных) оказалась заметно выше среди частично привитых, чем среди непривитых, а смертность частично привитых оказалась в два раза выше. Авторы предположили, что худшие показатели по тяжести течения и смертности среди частично привитых могут объясняться какими-то до сих пор неизученными свойствами ОПВ[98].
С июля 1995 по декабрь 1996 г. были исследованы 3185 образцов кала здоровых детей в возрасте от 6 до 59 месяцев, посещающих поликлиники в Антананариву (Мадагаскар). В полном соответствии с Расширенной программой иммунизации, 99,4% из них получили как минимум три дозы оральной полиовакцины. В192 образцах (6%) были обнаружены вирусы, из них в 9 (0,3%) — полиовирусы и в 182 (5,7%) — другие энтеровирусы. Среди обнаруженных полиовирусов четыре оказались «дикими», а 5 — вакцинными (различными модификациями вакцины Сэбина). Все дети получили последнюю дозу ОПВ более чем за месяц до анализов. Авторы заключили, что вакцинация тремя дозами ОПВ не предотвращает циркуляцию вирусов «дикого» полиомиелита[99].
В Намибии в период с 8 ноября 1993 г. по 7 января 1994 г. были зарегистрированы 27 случаев паралитического полиомиелита. По меньшей мере 80% младенцев в том районе, где произошла вспышка, получали 4 дозы полиовакцины до возраста 12 месяцев. Возраст заболевших колебался от 13 месяцев до 12 лет; 24 были в возрасте до 5 лет. Относительно 26 заболевших были получены сведения о сделанных прививках: 14 получили 4 дозы ОПВ, 6 - 1 или 2 дозы и 6 не получали прививок вообще.
Авторы предположили, что причиной вспышки было образование пула восприимчивых к инфекции людей, быстрая урбанизация, неудовлетворительные санитария и водоснабжение и эндемичность вируса в соседних районах, а также то, что «эпидемии могут случаться и в районах с высоким прививочным охватом[100].
На Украине в течение 13 лет (1982-1994) изучались циркулирующие штаммы полиовируса, выделенные у больных (в том числе больных полиомиелитом) и у здоровых, а также в пробах, полученных из сточных вод. Итог: 38,35% штаммов, полученных от людей, и 15,8% штаммов, полученных из окружающей среды, обладали вирулентными свойствами. Многолетнее использование живой полиовакцины не предотвратило циркуляции вирулентных полиовирусов[101].
Очень часто в российских СМИ поминается эпидемия полиомиелита в Чечне как пример необходимости прививок. Однако внимательный анализ показывает, что и здесь далеко не так все просто и однозначно. Как следует из статьи коллектива российских авторов, с января по октябрь 1995 г. заболело 138 детей (все — в возрасте до 7 лет). Из них 11 были привиты в полном соответствии с прививочным календарем, 18 не были привиты по возрасту, 5 — по медпоказаниям и родители двоих отказались от прививок. «У остальных детей сведения о прививках отсутствовали или они не были привиты по вине медработников». Отсутствие сведений, однако, не является синонимом отсутствия самих прививок; это лишь обозначает, что не было документов о сделанных прививках. Наделе весьма вероятно, что еще несколько десятков были привиты полностью и еще несколько — по меньшей мере частично. «Летальность была высокой и составила 4,5%. Одной из причин такой летальности является, в силу понятных социальных условий и сложившейся чрезвычайной обстановки, поздняя обращаемость и поздняя госпитализация заболевших». Вывод авторов: «Резкое ухудшение условий проживания, массовые миграции населения на фоне низкой иммунной прослойки среди детского населения явились причиной широкого территориального распространения инфекции»[102].
К сожалению, информацию о самом главном провоцирующем факторе наших дней — прививках, в первую очередь прививке АКДС, в доступных мне публикациях обнаружить не удалось.
Напрашивается вопрос: а если, скажем, условия бы не ухудшились резко — или даже резко ухудшились, но не было бы массовых миграций, то, вероятно, ничего бы особенного не случилось и «на фоне низкой иммунной прослойки среди детского населения»? И если это так, то в чем необходимость тотальных, с угрозами и запугиванием родителей и детей, прививок против полиомиелита? Или они делаются в ожидании гражданской войны с ее неизбежными массовыми миграциями и резким ухудшением условий проживания? Из другой статьи, кстати, выясняется, что в Чечне и раньше были и вспышки полиомиелита (например, в 1982 г.), и спорадические случаи (1987 г. — три, 1991 г. — два, 1994 г. — пять)[103] — т.е. тогда, когда не было всех указанных факторов риска.
После вспышки полиомиелита в Чечне в 1995 г. в России началась массовая кампания по срочному дополнительному прививанию всех детей от полиомиелита. «При этом были организованы и проведены национальные дни иммунизации детей в возрасте от трех месяцев до трех лет против полиомиелита дважды — в марте и апреле 1996 г., в апреле — мае 1997 г., в марте — апреле 1998 г. и в эти же сроки в 1999 г. Массовая вакцинация в марте 1996 г. позволила охватить 97% детей упомянутого возраста (уровень, который рекомендует ВОЗ). Последующие Дни иммунизации позволили охватить более 98% детей»[104].
Детям, как всегда, пришлось платить своим здоровьем за рвение и алчность российских вакцинаторов и «уровень, который рекомендует ВОЗ»[105].
В свете всего написанного в этой главе о полиомиелите и прививках против него я думаю, что читатели вполне согласятся с высказыванием проф. Р. Мендельсона: «...Между иммунологами продолжаются дебаты по поводу относительного риска использования убитых вирусов, в сравнении с живыми. Поддерживающие использование вакцин на основе убитых вирусов, утверждают, что именно наличие живых вирусов ответственно за случаи полиомиелита. Те же, кто поддерживает использование вакцин на основе живых вирусов, заявляют, что убитые вирусы не обеспечивают достаточной защиты и, в сущности, увеличивают подверженность заболеванию привитых. Это предоставляет мне редкую и удобную возможность быть нейтральным. Я считаю, что правы обе стороны, и использование и той и другой вакцины увеличивает, а не уменьшает вероятность заражения вашего ребенка полиомиелитом. Короче, выходит, что наиболее эффективный путь защитить вашего ребенка от полиомиелита — убедиться, что ему не сделали прививку против него!»[106]

Выводы

Полиомиелит — заболевание, лишь очень редко приводящее к серьезным клиническим проявлениям (у 0,1-1% инфицированных). Эпидемические масштабы полиомиелит приобрел только в конце XIX в. — вероятно, как следствие увеличения количества провоцирующих факторов, первый среди которых- прививки.
Снижение заболеваемости полиомиелитом, которое приписывается прививкам, было достигнуто за счет изменения диагностических критериев. Кроме того, в конце 1950-х годов выяснилось, что большое количество острых вялых параличей вызывалось другими кишечными вирусами (вирусами Коксаки и ЕСНО-вирусами).
На смену циркулировавшим штаммам «дикого» вируса пришли штаммы прививочных вирусов, способные мутировать в вирулентные формы. Несколько вспышек полиомиелита были вызваны такими мутировавшими вирусами.
В настоящее время единственная возможность в цивилизованных странах пострадать от паралича, связанного с полиомиелитом, — получить прививку оральной полиовакциной (ОПВ). Замена ОПВ в начальном курсе полиовакцинации на инактивированную полиовакцину (ИПВ) задерживается в ряде стран экономическими причинами.
Гомеопатические и натуропатические методы лечения и реабилитации показали себя вполне эффективными.


[1] Впервые инфекционная природа полиомиелита была показана в 1909 г. австрийскими учеными Карлом Ландштейнером (1868-1943), ранее открывшим группы крови, и Эрвином Поппером. Они ввели суспензию спинного мозга восьмилетнего ребёнка, умершего от полиомиелита, в полость черепа обезьянам, кроликам, морским свинкам и мышам. У обезьян развилась типичная картина паралитического полиомиелита. Остальные животные не пострадали (Landsteiner К, Popper E. Ubertragung der poliomyelitis acuta auf Affen Z. // ImmunitMsforsch. 1909; 2:377).
[2] Покровский В.И. и др. «Эволюция инфекционных болезней в России в XX веке». М., 2003, с. 76. Те же цифры (один на 100…1000) приводятся и в «Poliomyelitis prevention in the United States: Updated Recommendations of the Advisory Committee on Immunization Practices (ACIP)» // MMWR. May 19, 2000.
[3] Самарина В.Н., Сорокина О. А. «Детские инфекционные болезни». 2-е изд., СПб.; М., 2000, с. 169.
[4] Там же.
[5] Там же, с. 172.
[6] Там же, с. 168-69. Авторы добавляют: «После перенесённого полиомиелита остаются стойкие вялые параличи с атрофией мышц, контрактурами, деформациями суставов и конечностей, инвалидизирующие больных на всю жизнь», почему-то забывая добавить, в каком проценте случаев это происходит. А между тем, согласно разным авторам, не менее 30% случаев параличей заканчиваются спонтанным выздоровлением, безо всяких последствий.
[7] Покровский В.И. «Эволюция...», с. 63.
[8] Там же, с. 64.
[9] Scheibner V. Vaccination. 100 years of Orthodox Research Shows that Vaccines Represent a Medical Assault on the Immune System. Australia, 1993, p. 150. Считается, что первая официально зарегистрированная эпидемия полиомиелита случилась в 1886 г. в Швеции.
[10] 10 Wyatt H.V. Provocation poliomyelitis: neglected clinical observation from 1914 to 1950 // Bull Hist Med. 1981; 55:543-557.
[11] Scheibner V. «Vaccination...», p. 145.
[12] Gromeier M., Wimmer E. Mechanism of injury-provoked poliomyelitis /// Virol. 1998 Jun; 72(6):5056-60.
[13] Mudur G. Flawed Immunization Polices in India Led to Polio Paralysis // BMJ. April 25, 1998; 316:1261.
[14] Varghese M. Paralytic poliomyelitis in a rural area of north India // Nat Med J India. 1997 Jan-Feb; 10(1):8-10; и Wyatt H.V. et al. Unnecessary injections and paralytic poliomyelitis in India // Trans R Soc Trop Med Hyg. 1992 Sep-Oct;86(5):546-9.
[15] Lambert S.M. A yaws campaign and an epidemic of poliomyelitis in Western Samoa // Trop Med Hyg. 1936; 389:41-46. Приведя статистику заболеваемости полиомиелитом во время этой кампании (первый случай произошёл через неделю после первой инъекции), автор вполне, в духе воспитавшей его школы, заявил, что сам он... связи не усматривает.
[16] Sutter R.W et al. Attributable risk of DTP (diphtheria and tetanus toxoids and pertussis vaccine) injection in provoking paralytic poliomyelitis during a large outbreak in Oman // / Infect Dis. 1992 Mar; 165(3):444-9.
[17] Strebel P.M. et al. Intramuscular injections within 30 days of immunization with oral poliovirus vaccine — a risk factor for vaccine-associated paralytic poliomyelitis // N Engl J Med. 1995 Feb 23; 332(8):500-6.
[18] Покровский В.И. «Эволюция...», с. 70.
[19] Учайкин В.Ф., Шатшева О.В. «Вакцинопрофилактика. Настоящее и будущее». М., 2001, с. 101.
[20] Покровский В.И. «Эволюция...», с. 65.
[21] Там же, с. 357.
[22] Там же, с. 221.
[23] Там же, с. 70.
[24] Там же, с. 250.
[25] Там же, с. 325.
[26] Scheibner V. Vaccination..., p. 146.
[27] Вауkу В. The Story of the Salk Anti-Poliomyelitis Vaccine, 1956.
[28] «Симптоматический полиомиелит редко встречается в районах с плохой санитарией, поскольку она благоприятна для инфицирования в том возрасте, когда пассивный иммунитет, полученный от матери, смягчает клинические проявления» (Menkes J.Н. Textbook of Child Neurology, 5 ed., 1995, p. 420).
[29] Dresden D. Physiological Investigations Into The Action Of DDT G.W. Van Der Wiel & Co., Arnhem, 1949; Biskind M. S. Public Health Aspects of the New Insecticides // Am J Dig Dis 1953, vol. 20, p. 331.
[30] Подробнее с этой гипотезой и исследованиями, на которых она базируется, читатели могут познакомиться на сайте Images of Poliomyelitis.
[31] Sandier В.P. Diet prevents polio. 1951. Книга доступна на ряде сайтов в Интернете.
[32] Jungeblut С.W., Engle E.Т. Resistance to poliomyelitis. The relative importance of physiologic and immunologic factors //JAMA. 1932; 99(25):2091-97.
[33] Поскольку этот препарат относится к так называемым «малым лекарствам» и его патогенез представлен далеко не во всех известных руководствах, я могу рекомендовать читателям книгу Франса Вермюлена «Синоптическая Materia Medica». M., «Гомеопатическая Медицина», 2002, ч. 2, с. 149-152. (см. каталог изд. — гл. ред.).
[34] Grimmer A.H. Homoeopathic prophylaxis // IRA. June, 1949.
[35] Цит. по: Agrawal Y.R. Prophylactics in Homoeopathy. 3 rd ed., Delhi, 2000, p. 38.
[36] Д-р Агравал (там же) уточняет, что для Lathyrus характерны жёсткость, ригидность икроножных мышц, заставляющие больного ходить на пятках, и спастический паралич, в то время как Gelsemium показан при катаральных явлениях в начале болезни, лихорадке и слабости в мышцах, ощущении разбитости.
[37] Shepherd D. Homeopathy in epidemic diseases. England, 1967, republ. 1996, p. 76-78.
[38] Golden I. Vaccination? A Review of Risks and Alternatives. 5th ed., Australia, 1998, p. 138.
[39] Homeopathic Herald January 1961. Цит. по: Agrawal Y. Prophylactics..., p. 37.
[40] Иванив А.П. «Materia Medica, история и практика использования биотерапевтических средств (нозодов, саркодов и органопрепаратов) в гомеопатической и интегративной медицине». Одесса, 2002, с. 266.
[41] Klenner F. Observations On the Dose and Administration of Ascorbic Acid When Employed Beyond the Range Of A Vitamin In Human Pathology //JAppl Nutr. Winter 1971; vol. 23, No's 3 & 4. Подробнее о лечении полиомиелита Кленнер написал в другой своей статье: The Treatment of Poliomyelitis and Other Virus Diseases with Vitamin С // Southern Medicine & Surgery. July 1949; vol. Ill, 7:209-214. Эта статья доступна в Интернете.
[42] Mulder D.W. Clinical observations on acute poliomyelitis // Ann NYAcad Sci. 1995 May; 753:1-10.
[43] Wilson G.S. The Hazards of Immunization. London, 1967, p. 43.
[44] JAMA. 1935, 105 (2)-152. Цит. по: Bayley B. The Story...
[45] BMJ. April 4, 1936. Цит. по: там же.
[46] Там же.
[47] Обезьяна является священным животным в индуизме, а потому индийское правительство приняло все меры, чтобы этот экспорт оставался в тайне. После гибели от удушья 390 обезьян в аэропорту Лондона бывший тогда премьер-министром Джавахарлал Неру пытался в марте 1955 г. запретить дальнейший отлов обезьян, но, поднажимом США и Великобритании, вынужден был отменить свой запрет. По самым скромным подсчётам, за 1953-1956 гг. в США было переправлено не менее 100 тыс. обезьян. Похоже, обезьяны жестоко отомстили человеку за эту чудовищную бойню, о чём речь пойдёт в этой главе далее.
[48] Life. April 25, 1955. Цит. по: McBean E. The poisoned needle. Suppressed facts about vaccination, 1957.
[49] Позднее отчёт Френсиса-младшего был отпечатан отдельной брошюрой: Francis Т. et al. Evaluation of the 1954 vaccine trial. Poliomyelitis vaccine evaluation center, University of Michigan, Ann Arbor. Michigan, April 12, 1955, 50 pp. Как факт можно отметить, что Джонас Солк был одним из студентов бактериолога Томаса Френсиса-старшего в Нью-Йорке, а вместе с Френсисом-младшим в Мичиганском университете (где Солк, благодаря протекции отца и сына Френсисов, получил специальную стипендию) он разрабатывал вакцину против гриппа. Вопрос о том, было ли совпадением то, что именно Т. Френсису-мл. было поручено вынести вердикт по вакцине Солка, я считаю риторическим.
[50] Расследование этого происшествия поставило вопрос о том, возможна ли даже в принципе гарантированно успешная инактивация вакцинных вирусов формалином. В частности, по той причине, что вирусы могут «слипаться» и покрываться протеиновым «мусором». Формальдегид не разрушает, а, наоборот, укрепляет такую структуру. Увеличение концентрации формальдегида делает использование вакцины бессмысленным, так как теряются все вакцинные свойства вирусов, а если брать формалина недостаточно, то повышается риск выживания вирусов (См.: Veldee М. V. II New EnglJMed. 1955; 253:483. Цит. по: Wilson G. The Hazards..., p. 46). A специалист по нервным болезням из Оксфорда д-р Ричи Рассел заявил: «Когда полиомиелит «вбрасывается» прививкой, то естественные защитные силы организма, вероятно, оказываются неэффективными. Поэтому почти все такие случаи развиваются в паралитическую форму болезни, поражая ту конечность, в которую делалась прививка» // Lancet. May 21, 1955, p. 1071. Цит. по: McBean E. The poisoned...
[51] Ibid.
[52] New York Times, June 8, 1955. Цит. по: Ibid.
[53] American Capsule News. October 15, 1955. Цит. по: МсВеап Е. The poisoned... Срочно сделанная «работа над ошибками», впрочем, не предотвратила новых несчастий. Например, в Англии в 1962-1964 гг. вина прививки солковской вакциной была доказана (по временному совпадению) для 331 случая, из них 278 паралитических и 53 непаралитических (Wilson G. The Hazards..., p. 47).
[54] В Канаде с 1924 по 1951 г. все случаи полиомиелита — в любой его форме — шли в статистических отчётах под общим заголовком «полиомиелит». Однако в 1952 г. было решено, что полиомиелитом должны считаться только паралитические формы этой болезни. На вопрос, что же делать с преобладающими непаралитическими формами полиомиелита, был получен ответ в 1959 г.: все непаралитические случаи превратились в вирусный (асептический) менингит. А поскольку массовые прививки против полиомиелита, как раз, пришлись на эти диагностические новшества, то им и приписали уменьшение заболеваемости полиомиелитом, которое, естественно, было прямым следствием изменения в классификации болезней. В 1959 г., когда впервые непаралитический полиомиелит превратился в вирусный менингит, было зарегистрировано десятикратное увеличение заболеваемости этим менингитом. В следующие годы количество случаев полиомиелита резко уменьшилось, но число случаев «вирусного менингита» продолжило исчисляться сотнями, с пиками каждые 3-5 лет. Полиомиелита стало меньше, вирусного менингита — больше. Общее число ОВП, при этом, оставалось практически неизменным, так как перемена мест слагаемых сумму, разумеется, не изменила (См.: Diodati С.J.M. Immunization: History, Ethics, Law and Health. Quebec, 1999, p. 114-119). Из последних сообщений такого рода: после массовых прививок от полиомиелита число случаев ОВП в Афганистане в 1999-2000 гг. возросло с 230 до 253, а число случаев полиомиелита снизилось с 63 до 28 (Progress toward poliomyelitis eradication. Afghanistan. 1999-2000 // MMWR. March 2, 2001).
[55] Ворошилова М.К. Иммунология, эпидемиология и профилактика полиомиелита и сходных с ним заболеваний. М., 1966, с. 376.
[56] Outbreak of poliomyelitis Dominican Republic and Haiti, 2000 // MMWR. December 8, 2000.
[57] Khalfan S. et al. Epidemics of aseptic meningitis due to enteroviruses following national immunization days in Bahrain // Ann Trop Paediatr. 1998 Jun; 18 (2): 101-9. О возможно сти других энтеровирусов вызывать ОВП см. также: Chaves S.S. et al. Coxsackie virus A24 infection presenting as acute flaccid paralysis // Lancet 2001; 357:605.
[58] Wong M. Poliomyelitis-like syndrome associated with Epstein-Barr virus infection // Pediatr Neurol. 1999 Mar; 20(3):235-7.
[59] В СССР история с вирусом SV-40 также не осталась без внимания учёных (но отнюдь не широкой публики!). В архивах Минздрава СССР имеется информация о том, что на Всесоюзной конференции по проблеме безопасности вирусных вакцин и по вакцинопрофилактике гриппа, кори и оспы, состоявшейся 8-10 июля 1968 г. в Москве, в ряде докладов было «показано, что культуры почек обезьян (в том числе зелёных мартышек) даже после установленного карантина контаминированы в 50-90% случаев латентными вирусами... Конференция рекомендует... считать недопустимым использование для производства живых вирусных вакцин ткани взрослых животных, особенно обезьян, наиболее контаминированных различными вирусами, в том числе и патогенными для человека. Сама система использования взрослых диких животных с неизвестным анамнезом не позволяет гарантировать от заноса ещё неизвестных или пока не определяемых вирусов» (ГАРФ, ф. 8009, оп. 50, д. 76, с. 25-26). Рекомендация осталась без внимания — и ныне полиовирусы для вакцины Сэбина выращиваются на первичной культуре клеток почек африканских зелёных мартышек (Медуницын Н.В. «Вакцинология». М, 1999, с. 161).
[60] Bergsagel D.J. et al. DNA sequences similar to those of simian virus 40 in ependymomas and chorioid plexus tumours of childhood // N Engl J Med. 1992; 326:988-993.
[61] Farwell J.R. et al. Effect of SV40 virus-contaminated polio vaccine on the incidence and type of CNS neoplasms in children: a population-based study // Trans Am Neurol Assoc. 1979; 104:261-4.
[62] Carbone M. et al. Simian virus 40-like DNA sequences in human pleural mesothelioma // Oncogene. 1994; 9: 1781-1790.
[63] Carbone M. et al. SV40-like sequences in human bone tumours // Oncogene. 1996; 13:527-535.
[64] Не говоря о многочисленных публикациях Герберта Ратнера в 1950-1960-х годах, в которых он протестовал против фальсификации данных исследований и против разнузданной прививочной пропаганды, можно отметить, что в мае 1960 г. д-р Ратнер председательствовал на совещании экспертов в рамках 120-го ежегодного собрания Медицинского общества Иллинойса. Эксперты обсудили увеличивающееся количество случаев паралитической формы полиомиелита в США. Материалы совещания были опубликованы в августовском номере «Медицинского журнала Иллинойса» за 1960 г., заклеймившем вакцину Солка, как несомненное мошенничество. Д-р Ратнер был философом, теологом, сторонником домашних родов и многодетных семей, активистом «Международной Молочной лиги», в которой он и неоднократно упоминающийся в этой книге педиатр Роберт Мендельсон были членами Медицинского консультационного комитета.
[65] Считается, что вирусом SV-40 были заражены как минимум 30% всех выпускавшихся тогда вакцин Солка (См.: Shah К, Nathanson N. Human exposure to SV40: review and comment // Am J Epidemiol. 1976; 103:1-212).
[66] Bookchin D. Vaccine scandal reveal cancer fears // New Scientist. July 10, 2004.
[67] Относительно возможных молекулярных механизмов онкогенеза с участием SV-40 см., например: Matker С. М. The biological activities of simian virus 40 large-T antigen and its possible oncogenic effects in humans // Monaldi Arch Chest Dis. 1998 Apr; 53 (2): 193-7, или Mutti L. et al. Simian virus 40 and human cancer // Monaldi Arch Chest Dis. 1998 Apr; 53 (2): 198-201.
[68] Имеется, по меньшей мере, один современный пример, когда прививки помогли вирусу перескочить межвидовой барьер: внезапно вспыхнувшая эпидемия собачьего парвовируса была, по всей вероятности, вызвана лабораторной ошибкой — в собачью вакцину попал вакцинный вирус кошачьей панлейкопении.
[69] Curtis С. The Origin of AIDS // Rolling Stone. March 19 , 1992; 626:54-59, 61, 106, 108.
[70] Strieker R. B. Polio vaccines and the origin of AIDS // Med Hypotheses. 1994 Jun; 42:347-54-74.
[71] Reinhardt V., Roberts A. The African polio vaccine-acquired immune deficiency syndrome connection // Med Hypotheses. 1997 May; 48:367.
[72] Hooper E. The River: A Journey to the Source of HIV and AIDS. 1999.
[73] Цит. по: Diodati С. Immunization..., p. 72-73.
[74] Не могу отказать себе в удовольствии в очередной раз процитировать д-ра Бразоля, писавшего в конце XIX в.: «Вместо того чтобы направлять свои удары к искоренению последствий бедности, нужды, голода, неурожаев и нескончаемой вереницы людских страданий, положительно содействующих существованию эпидемий и их злокачественности, и вместо того чтобы искать причины зла и уничтожать его в самом корне, модная паразитная теория заразных болезней оставляет в полном пренебрежении первейшие требования рациональной гигиены, оставляет все постарому... и задаётся единственной мыслью расплодить и рассеять по всему свету зародыши всевозможных инфекционных болезней. Вместо того, чтобы уничтожать возбудителей болезни, она их увековечивает; вместо того чтобы укреплять и сохранять организм, она его ослабляет и разрушает» (Бразоль Л.Е. «Дженнеризм и пастеризм». Критический очерк научных и эмпирических оснований оспопрививания. Харьков, 1885, с. 45-46).
[75] Покровский В.И. Эволюция..., с. 68.
[76] Случайно я узнал об этом происшествии из статьи «Нонны Кухиной: мы многое пережили, переживём и это...», опубликованной в израильской газете «Вести» (приложение «Окна», 15.03.2001, с. 16). Мне удалось связаться с д-ром Нонной Кухиной, одной из троих выживших тогда детей; ныне она возглавляет известную компанию «Доктор Нонна». Д-р Кухина любезно подтвердила справедливость этой газетной информации и подчеркнула, что прививка делалась живой аттенуированной вакциной Сэбина.
[77] Kew О.М. et al. Multiple genetic changes can occur in the oral poliovaccines upon replication in humans /// Gen Virol. 1981 Oct; 56(Pt 2):337-47.
[78] Wilson G. The Hazards..., p. 47-49.
[79] Gaebler J.W. et al. Neurologic complications in oral polio vaccine recipients // J Pediatr. 1986 Jun; 108(6):878-81.
[80] Andrus J.K. et al. Risk of vaccine-associated paralytic poliomyelitis in Latin America, 1989-91 // Bull World Health Organ. 1995; 73(1):33-40.
[81] Учайкин В.Ф. Вакцинопрофилактика..., с. 108.
[82] См., например, письма: Uhari M. et al II Lancet. 1989 ii:440-441, и Yan Shen, Guohua Xia I/ Lancet. 1994, 344:1026.
[83] Kinnunen E. et al. Incidence of Guillain-Barre syndrome during a nationwide oral poliovirus vaccine campaign // Neurology. 1989 Aug; 39 (8): 1034-6.
[84] Friedrich F. Rare adverse events associated with oral poliovirus vaccine in Brazil // Braz J Med Biol Res. 1997 Jun; 30(6) :695-703.
[85] Ehrengut W., Ehrengut J. Convulsions following oral polio immunization // Dev Biol Stand. 1979; 43:165-71.
[86] Ozawa H. et al. Acute disseminated encephalomyelitis associated with poliomyelitis vaccine // Pediatr Neurol. 2000 Aug; 23:177-9.
[87] Arlazoroff A. et al. Vaccine-associated contact paralytic poliomyelitis with atypical neurological presentation // Ada Neurol Scand. 1987 Sep; 76(3):210-4. Российский автор, перечислив иные, кроме ВАПП, возможные осложнения («проходящие спинальные монопарезы, полирадикулоневриты, гипертензионный синдром, судорожные реакции, неврит лицевого нерва, мозжечковая атаксия»), внезапно добавляет: «Живая полиомиелитная вакцина является безопасным и ареактогенным препаратом» (Медуницын Н.В. «Вакцинология», с. 163)!
[88] «...контрольные исследования, проведённые в США и других странах, показали, что иммунизация (убитой вакциной. — А.К.) с последующим введением ОПВ не защищает вакцинированных детей от последующей пролиферации в их организме неаттенуированных вирусных ревертантов. Именно поэтому эта схема иммунопрофилактики полиомиелита была подвергнута критике экспертами ВОЗ» (Учайкин В.Ф. Вакцинопрофилактика..., с. 107). Тем не менее, необходимо отметить, что такие страны, как Финляндия и Голландия, вообще не применяли ОПВ, полагаясь исключительно на ИПВ, и ликвидировали полиомиелит в те же сроки, что и остальные европейские страны, сэкономив на искалеченных живой полиовакциной.
[89] Считается, что ОПВ вызывает образование антител у 90-95% привитых.
[90] John Т.J. Experience with poliovaccines in the control of poliomyelitis in India // Public Health Rev. 1993-94; 21(l-2):83-90.
[91] Sharma M. et al. Paralytic poliomyelitis 1976-1988: report from a Sentinel Centre // Indian Pediatr. 1990 Feb; 27(2):143-50.
[92] Singh J. et al. Epidemiological considerations on age distribution of paralytic poliomyelitis // / Trop Pediatr. 1996 Aug; 42(4):237-41.
[93] Reichler M.R. et al. Outbreak of paralytic poliomyelitis in a highly immunized population in Jordan // J Infect Dis 1997 Feb; 175 Suppl 1:S62-70.
[94] Sutter R.W. Outbreak of paralytic poliomyelitis in Oman: evidence for widespread transmission among fully vaccinated children // Lancet. 1991 Sep 21; 338 (8769) :715-20.
[95] Christopher P.J. Immunity to poliomyelitis in Sydney's children // MedJ Aust. 1983 Feb 5; l(3):107-11.
[96] Самарина В.Н. Детские..., с. 171.
[97] Deivanayagam N., Nedunchelian К. Acute poliomyelitis in children: comparison of epidemiological and clinical features among immunized, partially immunized and unimmunized // Indian Pediatr. 1991 Jun; 28(6):609-13.
[98] Mathur G.P. et al. Poliomyelitis with special reference to immunization status // Indian Pediatr. 1991 Jun; 28(6):625-7.
[99] Andrianarivelo M.R. et al. Wild poliovirus circulation among healthy children immunized with oral polio vaccine in Antananarivo // Madagascar Trop Med Int Health. 1999 Jan;4(l):50-7.
[100] Van Niekerk А.В. et al. Outbreak of paralytic poliomyelitis in Namibia // Lancet. 1994 Sep 3; 344 (8923):661-4.
[101] Задорожная В.И. и др. «Характеристика штаммов полиовируса, циркулировавших на Украине в 1982-1994 гг.» // Микробиологический журнал. 1998 март-апрель; 60(2):44-9.
[102] Онищенко Г.Г. и др. «Вспышка полиомиелита в Чеченской республике в 1995 г.» // Журнал микробиологии. 1996, № 3 (приложение), с. 5-8.
[103] Мартыненко И.Н. и др. «Клиника острого полиомиелита в Чеченской республике в период вспышки 1995 г.» //Журнал микробиологии. 1996, № 3 (приложение), с. 8-10.
[104] Покровский В.И. Эволюция..., с. 75. Ещё лучше картина «охвата» выглядит у В.Ф. Учайкина: «В рамках этих кампаний двукратно дополнительно было привито более 11 млн. детей в возрасте до трёх лет с охватом 99,3%» (Учайкин В. Ф. Вакцинопрофилактика..., с. 102). Кто больше?
[105] Даже вполне благожелательно настроенная к прививкам московский педиатр не могла пройти мимо этой, говоря словами Герберта Шелтона, прививочной вакханалии, хотя и пыталась облечь своё естественное негодование в деликатную форму: «Особое сомнение вызывают «туровые» прививки против полиомиелита для детей раннего возраста, которые получили распространение в последние несколько лет. Врачам и родителям обычно объясняют, что необходимость этих дополнительных прививок связана со вспышкой полиомиелита в далёких от Москвы областях, например в Чечне. Однако, мне, как практикующему врачу, ничего не известно об изменении ситуации с полиомиелитом в Москве. Даже если привозили к нам для лечения заболевших полиомиелитом детей из других областей, то, видимо, не было никаких нарушений санитарно-эпидемиологических правил перевозок таких больных. Иначе неминуема была бы вспышка среди населения в Москве, как взрослого, так и детского. Чем же объяснить такие настойчивые призывы к «туровым прививкам» детей раннего возраста, уже получивших ранее обычную вакцинацию против полиомиелита? Может, наша вакцина была недостаточно эффективной? Тогда, почему же в течение почти двух десятилетий в Москве не было эпидемии полиомиелита? Мы всегда считали нашу вакцину достаточно эффективной, надёжной. Мне довелось прочитать инструкцию к проведению «туровых прививок». В этой инструкции написано, что при «туровой» прививке применяется обычная вакцина, ничем не отличающаяся от «нетуровой». Различие — только в одном, в новой инструкции почти полностью исключены те предосторожности, которые были записаны в инструкции к проведению обычной противополиомиелитной прививки. Можно, оказывается, прививать всех детей даже на фоне острого заболевания (если температура не превышает 38 градусов) или сразу после него. Ни диатез, ни атопический дерматит, ни несварение кишечника, ни инфекционные заболевания не являются противопоказаниями для «туровой» прививки Почему отменены все противопоказания? Иногда врачи из поликлиник объясняют это тем, что вакцинация очень «слабая». Тогда, зачем же принуждать родителей делать такие прививки всеми методами, вплоть до угроз лишить питания из детской кухни, или запугивать людей, грозя непременным заболеванием их ребёнка в условиях тотальной вакцинации? Ведь, получается, что, если в семье есть ребёнок старше трёх лет, то он, в любом случае, непременно заболеет. А старших — не прививают. Как же так? Наблюдения в течение последних двух лет за детьми, прошедшими «туровую» вакцинацию, свидетельствуют о нередких осложнениях после неё, часто достаточно тяжёлых. Речь идёт не о вакциноассоциированном полиомиелите, а о том, что игнорирование всех ранее соблюдавшихся противопоказаний (когда ребёнка прививают на фоне острого и/или инфекционного заболевания, неврологической или другой патологии) приводит к тому, что у ребёнка, и без того ослабленного, ещё больше снижается иммунитет, что позволяет развиться любому другому тяжёлому заболеванию» (Тимофеева А.М. «Беседы детского доктора». М., 2000, с. 133-135). Именно об этом я писал в главе «Прививки: основные проблемы». В погоне за «коллективным иммунитетом», теория которого идеально соответствует цели реализовать как можно больше вакцин и хорошо на этом заработать, прививать необходимо массово, без разбора, без учёта противопоказаний, не считаясь ни с чем вообще.
[106] Mendelson R. The Medical Time Bomb of Immunization Against Disease // East West Journal November 1984.

2 комментария:

  1. Я хочу, чтобы ЭКО. Но мне нужен хороший врач.Tüp Bebek

    ОтветитьУдалить
  2. Site's character and a great color match .. memeestetigiI will recommend your site to the other platforms.Sacekimi

    ОтветитьУдалить